Сквозь седые хребты

Без четверти четыре. Хотелось пить. В ближайшем трактире продавали квас. Ледяной и крепкий. Ломит зубы. Торопясь на квартиру хозяйки, у которой снимал комнату, чуть не столкнулся под аркой моста с приятелем по факультету Ферапонтом Стрелецким.

– А-а, здорово, брат! – улыбаясь, Ферапонт обнял Алешу. – Ты чего? Чего не рад, а? – заглянул Покровскому в глаза, продолжая крепко держать за плечи. – Ты что, прослушал мою фамилию? Вместе же едем! За Байкал…

– Вместе?! – встрепенулся Алеша. – Надо же, голова тесовая, действительно, прослушал.

Да! А, кажется, ты с нами прошение-то не подавал?

– Ладно, сдаюсь, – поднял вверх руки Ферапонт. – Честно и откровенно хочу признаться, что с подобной просьбой обратился еще раньше всех вас к кому надо.

– К кому?

– К профессору Гукерману. Ты ведь знаешь, он добрейшей души человек. Кое-кто, правда, уже окрестил нас романтиками. Нет, брат, нам тоже хочется посмотреть, чем живут и дышат окраины нашей державы российской. Только не посчитай мои слова столь высокопарными.

Стрелецкий шагал рядом, плечо к плечу, с Алешей. Он громко и возбужденно рассуждал о только что состоявшемся распределении. При этом, беспрестанно замедляя шаг, теребил спутника то за лацкан форменной тужурки, то за рукав. Молодые приятели улыбались друг другу.

– Я просто не стал говорить лишнего ребятам на курсе. Боялся сглазить, что ли, – упорно держался главной темы дружеского разговора Ферапонт. – Но, как видишь, в числе счастливчиков оказались немногие. Профессор Гукерман в беседе подробно объяснил мне ситуацию вокруг сооружения железной дороги в Сибири.

Ты и сам читал об этом в печати. На всей Транссибирской магистрали остался участок, по которому недавно Государственной Думой принято постановление. Со строительством и вводом этого отрезка железной дороги Россия получит сквозной путь до Владивостока. Тихий океан, брат, будет вот он, перед нами! – в душевном радостном порыве Ферапонт выбросил вперед руку с вытянутой ладонью. Кто-то из встречных прохожих испуганно шагнул с тротуара в сторону. Алеше даже пришлось извиниться за товарища.

Два молодых человека в железнодорожной форме двигались широкой улицей, не зная, собственно, куда, пока Алеша вдруг не остановился.

– Извини, друг Феня. Мне пора.

– Куда?

– Ряд неотложных дел. И на квартире у хозяйки побывать, и родителям телеграмму отправить.

– Что ж, до встречи?

– До встречи.

* * *

«Конец XIX века. Железные дороги России заканчиваются на Урале.