Брызги социализма

Любимое занятие – бегать толпой по чердакам, там же устраивались и импровизированные «хаты». По чердакам бегали до тех пор, пока одного из нас не пырнул ножом прятавшийся там бандит. Я до сих пор вижу ряд деревянных столбов вдоль чердака, подпиравших крышу, пучки света из пыльных оконцев, кучи мусора и внезапно выскочивший с ножом из темноты парень. После этого родители нам настрого запретили бегать по чердаку, но мы продолжали лазить по пожарным лестницам и по крышам.

Во дворе играли в «стеночку» на деньги, в «биту» царскими медными пятаками, и, конечно, дрались, как тогда говорили – «стукались».

Вечером с работы приходили родители, и сумеречный двор наполнялся криками: «Коля!», «Юра!», «Маша!», а в ответ неслось: «Сейчас, я только доиграю!».

Вот это была обычная, настоящая жизнь, прерываемая редкими семейными праздниками и Новым годом.

Я вижу по внукам и детям на улице и во дворе, что те времена, наверное, ушли навсегда.

В течение десятилетий сохранялся баланс: родители – обеспечивали и воспитывали, школа – учила, улица – воспитывала и сохраняла традиции.

Сейчас место родителей, школы и улицы занял интернет, мобильники, планшеты.

К чему это приведет, я не знаю. Какие традиции могут сохраняться в виртуальном общении? Какое воспитание может дать интернет, может ли он привить моральные принципы?

Мир изменится, когда вымрут люди, воспитанные родителями и улицей. Во всем мире, а не только у нас.

После моих рассказов внучке о жизни без холодильников, мобильников, компьютеров, планшетов, интернета и многого другого, она спросила: дедушка, так ты, наверное, и динозавров видел?

Но демонстрации – это нечто совершенно особенное, выходящее за рамки обыденности. На демонстрацию допускали далеко не всех, право пройти в колонне по улице еще надо было заслужить. Детей без родителей на нее не допускали, но как же нам хотелось гордо пройти в нарядных праздничных рядах, с песнями и танцами, с криками «Ура», среди колышущихся знамен и портретов вождей!

В день праздника мама давала мне целый рубль (дважды в год), на него можно было купить мороженое «Эскимо на палочке» и еще одно-два моченых яблока, которые ведрами продавали тетки на обочине.

Кроме этих рублей моими личными деньгами до поступления в институт была только десятка, которую подарил мне на день рождения дядя, пришедший с войны без одной руки.