В плену у таежной легенды

Каждый, кто в течение ночи заметит хоть что-нибудь подозрительное, или если его что-то напугает, должен сразу же поднимать шум, чтобы разбудить остальных. Никуда не уходите, ни с кем не разговаривайте, даже если вам кто-то привидится. Если вам покажется что-то необычное, сразу кричите, зовите о помощи! Не думайте и не рассуждайте! Неизвестно, что может произойти ночью, неизвестно, чего нам теперь ждать, поэтому, не бойтесь показаться трусливыми или слабыми, чуть что – зовите, кричите, только не молчите.

На лес опустилась ночь. Шёл одиннадцатый час, группа разбрелась по палаткам, и Витька остался один около костра. Он подбросил побольше дров, положил рядом небольшое полено, воткнув в него нож Сергея, и уставился на огонь. Парень думал о том, что напрасно затеял весь этот поход, зря затащил с собой своего лучшего друга. С самого начала всё пошло не так. Он вспомнил, как они вдвоём с Петькой пришли к Антипычу, как упрашивали его стать их проводником.

– Сидишь? – Витька вздрогнул, схватил нож и в мгновение ока был уже на ногах.

– Тихо, тихо, – к огню подошёл Алексей, – иди, отдыхай, моя очередь.

– Фу, ты, – перевёл дух Витька, – ты так не пугай!

Он посмотрел на часы, правда, уже четверть первого.

– Ну ладно, я пошёл. Вот тебе нож, дубина, на всякий пожарный, если что – кричи! – Витька протянул свои орудия защиты.

– Спасибо, – Алексей отставил дубину в сторону, а нож воткнул в полено, прямо перед собой.

* * *

Прошло не более четверти часа, когда Алексей услышал подозрительный шорох.

– Кто здесь? – спросил он, поднимаясь и хватаясь за нож.

– Тихо, не кричи, – раздался такой знакомый, нежный и милый голос.

Перед костром, словно из небытия возникла Катя.

– Катя! – Алексей обмяк, нож выскользнул из руки, – милая, родная, где ты была, мы тут все с ума сходим, думали, что ты утонула!

– Я знаю, родной мой! Пойдём, я всё тебе расскажу.

– Куда пойдём? – удивился парень.

Он внимательно осмотрел подругу. В ней что-то изменилось, что-то было не так. Но что, он никак не мог понять. Раньше она была чистенькая, всегда опрятная, от неё постоянно исходил аромат недорогих, но приятных духов.