Царское дело – быль или небыль

Причем в последний момент (уже после внедрения двойников) заказывается обедница – более короткая треба по сравнению с обедней, чтобы максимально сократить контакт «Романовых» со священником и дьяконом. Уже оповестив накануне о службе о. Меледина, вдруг отменяют его визит и вместо него вызывают священника о. Сторожева. Визит о. Меледина отменяется потому что он уже трижды отправлял службу для царской семьи в доме Ипатьева, тогда как о. Сторожев служил только один раз и, значит, опасность того, что он может заподозрить подмену, гораздо меньше, чем в случае с о.

Мелединым, который видел всю семью чаще, значит и опасность больше.

Однако уже перед началом службы о. Сторожев – как оказалось человек наблюдательный – обращает внимание на многое. Например, на то, что и царь и дочери находятся «не скажу: в угнетении духа, но все же производили впечатление как бы утомленных». Еще священник замечает, что волосы княжон, которые чуть больше месяца назад – 2 июня – «у всех у них были острижены сзади довольно коротко», теперь же «волосы у них на голове (помнится, у всех одинаково) подросли и теперь доходили сзади до уровня плеч».

Сторожев говорит, что когда он выходил из комнаты по окончании службы и шел очень близко от бывших Великих княжон, «мне послышалось едва уловимое слово „Благодарю“, не думаю, чтобы мне это только показалось».

На пути из дома Ипатьева дьякон вдруг останавливается и взволнованно говорит: «Знаете, о. протоиерей, у них там что-то случилось». Так как в этих словах о. дьякона было некоторое подтверждение вынесенного мною впечатления, то я даже остановился и спросил, почему он так думает.

«Да так», – говорит дьякон. «Они все какие-то другие точно, даже и не поет никто». А надо сказать, что за богослужением 1 (14) июля впервые никто из семьи Романовых не пел вместе с нами».

Во время службы 2 июня картина была совсем другая: «Мне подпевали два женских голоса (думается, Татьяна Николаевна и еще кто-то из них), порой подпевал низким басом и Николай Александрович (так, он пел, например „Отче Наш“ и друг.

».

Обращает на себя внимание и еще один момент службы 14 июля.

о. Сторожев: «По чину обедницы положено в определенном месте прочесть молитву „Со Святыми упокой“. Почему-то на этот раз дьякон вместо прочтения запел эту молитву, стал петь и я, несколько смущенный таким отступлением от устава, но едва мы запели, как я услышал, что стоявшие позади меня члены семьи Романовых опустились на колени».

Попробуем проанализировать этот эпизод.