Шофёр Тоня и Михсергеич Советского Союза

* * *

Самолет Матиаса Руста исчез с экранов радиолокационных станций города Сипоо.

* * *

– За тех, кто в сапогах! – предложил Генка и опять все чокнулись уже слегка мятыми пластиковыми стаканчиками.

* * *

Матиас Руст пролетел над городом Кохтла-Ярве (https://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%9A%D0%BE%D1%85%D1%82%D0%BB%D0%B0-%D0%AF%D1%80%D0%B2%D0%B5), пересек государственную границу Советского Союза и взял курс на Москву.

* * *

– А я им грю, стой, грю, падлы, стрелять, грю, буду из подствольника, щас, грю, стрельну! – тыкал указательным пальцем в грудь Ричарду Ишбулдыевичу Евгений Непролевайко.

– Не надо было хрюкать, – поймал указательный палец Непролевайки Ричард Ишбулдыевич, – надо было сразу стрелять на поражение! Мы в ГРУ никогда не хрюкали!

– Кто хрюкает?! – вырвал палец Непролевайко и чуть не упал, потеряв равновесие, – ты сам-то где служил?!

– Братухи! Кончай между собой ссориться, – поднял фуражку Непролевайки Жоржик, – пошли лучше к нефтяному институту очкастых дистрофиков бить.

* * *

Над Гдовым летчики дежурного звена доложили на землю, что наблюдают спортивный самолет типа Як-12 (https://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%AF%D0%BA-12) белого цвета с темной полосой вдоль фюзеляжа. Земля промолчала.

* * *

– Мне, вообще-то, должны были героя дать… – спецкор Непроливайко повис на Жоржике.

– Как, и тебе тоже?.. – удивился Жоржик.

– Документы уже все были готовы, в последний момент своего протолкнули… – тяжело вздохнул Непроливайко.

– Как, и у тебя в последний момент своего протолкнули?.. – опять удивился Жоржик.

– Хотели генерала торжественно вручить! – Непроливайко строго оглядел товарищей, чтобы, если что, на корню пресечь возможное недоверие.

– Ты же говорил полковника, – не смог удержаться от возражения Генка.

– Я и, грю, генерал-полковника! – парировал спецкор.

– Не! – расстроился Жоржик, – мне только генерал-майора обещали.

– Очкарики! – призывно крикнул Ричард Ишбулдыевич и побежал к протирающему платочком модные очки в тонкой оправе трехкратному чемпиону Европы по боксу Валерию Лимасову.

Дымчатые линзы без диоптрий разлетелись на бетонных ступеньках нефтяного института в мелкие кусочки, словно граненый стакан на асфальте. Именно с этого момента и до следующего утра Ричард Ишбулдыевич, когда его потом расспрашивали, ничего не помнил, так и говорил: «Ну словно память отшибло!».