Координаты неизвестны

Баштаков поморщился, как от зубной боли. Но что-то, видимо, вспомнив, неожиданно улыбнулся своим мыслям.

Берию, естественно, удивила эта, явно не к месту, улыбка начальника Первого спецотдела. Невольно вспомнился случай, когда в бытность его службы на Кавказе поступил материал на одну женщину, которая, придя домой вся в слезах, поведала семилетнему сыну, что умер Ленин. Мальчишка тоже было взгрустнул, но неожиданно, осененный радостной мыслью, воскликнул счастливым голосом: «Вот хорошо! Завтра не пойдем в школу!»

Тогда еще за подобные высказывания родителей не лишали жизни, но все же отреагировать пришлось.

Теперь Берия почему-то вспомнил об этом, но тут же и забыл. Глаза за стеклами пенсне пытливо смотрели на Баштакова. Тот, поняв свою оплошность, поторопился внести ясность:

– Очень своевременно, Лаврентий Павлович, вы отдали приказ о срочной эвакуации из мест заключенных. Как в воду глядели! Иначе сейчас было бы худо.

Баштаков был опытным аппаратчиком. Знал, что эта сторона вопроса крайне беспокоила главу ведомства и, значит, напоминание о дальновидности, несомненно, обрадует его.

Он не ошибся. Берии понравились слова подчиненного: «В корень смотрит начспецотдела. Молодец!»

– Если и дальше положение будет складываться подобным образом, – быстро проговорил Берия, – вам придется выехать в Куйбышев и на месте завершить со всеми по пятьдесят восьмой… Без всяких скидок и проволочек. Оперативно! Мы не имеем права рисковать такой публикой.

– Понял вас, Лаврентий Павлович, – с готовностью, но с плохо скрытой тревогой в голосе ответил Баштаков.

Судорожно глотнув, он уловил, что за работа предстоит: – Все будет исполнено, но…

Берия вмиг насторожился: что еще за «но»?

– Почему не договариваете? Я слушаю, Баштаков!

– Хотел сказать, что все это было бы желательно как-то заранее оформить.

– Что оформить? – недружелюбно спросил Берия и отодвинул в сторону дело.

– Решение соответствующее, – покраснев, быстро ответил, как бы в оправдание своей заминки, Баштаков.

 – Чтобы, как вы сказали, действовать оперативно и чтобы, как говорится, все прошло без сучка и задоринки.

Берия встрепенулся, поджал губы:

– Не понимаю. При чем тут «сучок» и какая может быть «задоринка»? Что вы имеете в виду?

Баштаков дернул узенькими плечами:

– Это я так, на всякий случай, Лаврентий Павлович. Чтобы как-то узаконить мероприятие.

Лицо наркома побагровело, глаза еще больше вылупились, блеснули за стеклами.