Два Царя

Да благословит вас обоих Господь, особенно в будущем месяце, когда ты будешь коронован при восхищенном содействии всего мира.

Твой любящий кузен и друг Вилли».

*

За завтраком, сидевший рядом с императрицей, великий князь

Константин Константинович спросил:

– Говорят, что перед отъездом в Москву вы прекратите кормление дочери?

Александра Федоровна, удивленно взглянув на соседа, приветливо улыбнувшись, ответила:

– Я кормлю дочь один раз в день, по утрам, когда с Ники пьем кофе.

– А как? До или после кофе?

Лицо царицы озарилось милой улыбкой:

– — Я пью кофе, а дочка в это время кормится.

Константин Константинович разулыбался:

– Какая прелесть!

*

Герцог Йоркский Джордж – Николаю Второму (17 апреля, Копенгаген):

«Дорогой мой старина Ники,

Хочу сказать, как мы с Мэй разочарованы, что не едем на коронацию, я глубоко сожалею об этом. Конечно, ты не мог ничего сделать, после того как бабушка сказала, что пошлет дядю Артура. Я был так уверен, что она пошлет нас, что не стал никого беспокоить по этому поводу, иначе я, конечно, давно написал бы тебе и попросил бы тебя сообщить ей о своем желании, чтобы приехали мы, а когда в конце концов было решено, что едут Коннауты, должен сказать, я был в бешенстве, но ничего нельзя было сделать.

Но ведь мы с тобой такие старые друзья и так хорошо понимаем друг друга, и ты и Аликс мои двоюродные, а дядю Артура ты почти не знаешь, и Аликс совсем не знает.

Всегда, дорогой Ники, истинно преданный тебе кузен и друг

Джорджи».

*

Начало торжеств коронации в Москве отметилось небывалым зрелищем. Вечером, во дворе Петровского дворца, на балконе которого находились царь, царица, Романовы и иностранные

коронованные особы, собралось тысяча сто певцов московских хоров с оркестрами. Каждый поющий держал по шесту с фонариком. Целое

море разноцветных огней. Вокруг дворца – океан народу. После 77

первой пьесы-серенады царь сказал: «Давайте хлопать». В ответ на рукоплескания с балкона раздалось громовое «ура» поющих, перекатившее за ограду дворца.

На следующий день – коронация. Первый выстрел салюта возвестил, что царь выехал из Петровского дворца. Зазвонили колокола. Народ на улицах дружно крестился и кланялся.

В Кремль торжественное шествие втекало через Спасские ворота. Впереди жандармы, за ними собственный Его величества конвой, лейб-казаки, царская охота, придворный музыкальный хор и золотые кареты. Перед каретами – царь на белой кобыле.