Большая волна в Канагаве. Битва самурайских кланов

Помощник тем временем насыпал в чашку перемешанный с лепестками цветов сладкий рис для жертвоприношения.

Совершив все необходимое и убедившись, что божественные духи настроились на благосклонность и дружелюбие, начальник вел своих подопечных в беседку: в ней обычно проходили занятия по совершенствованию разума и приобретению понятий о кодексе поведения воина. Над входом в беседку висели широкие бумажные ленты с подходящими надписями: «Наша честь – в преданности повелителю», «Наша жизнь – обязанности и служение», «Кто достойно живет – легко умирает», «Воинский дух сильнее смерти», «Славная смерть – уважение потомков».

Боевое обучение проходило на лугу, за частоколом. К удивлению Такэно, уверенного в том, что он неплохо сражается на мечах, у него оказались удачливые соперники. Такэно сердился и пытался превзойти их, но ничего не получалось. В конце концов, после очередного проигранного поединка Такэно подозвал к себе начальник школы.

– Ты терпишь поражение за поражением, – сказал он.

 – До сих пор я не вмешивался, не помогал тебе. Если у человека что-то не получается, нельзя сразу помогать ему. То, что дается легко, легко и забывается; но то, что дается с трудом, не забывается никогда. Быстрый успех хуже неудачи: он ослабляет человека, а неудача только укрепляет силу.

– Да, господин, – отвечал Такэно, думая, что он уже слышал подобное от Сотобы.

– Но теперь пришла пора вмешаться, чтобы ты не потерял веру в свои способности. Я наблюдал за тобой и хочу сказать, что я обучал многих молодых людей, но ты лучше всех владеешь мечом.

Кто был твоим наставником?

– Его имя Сотоба, господин.

– Сотоба? О, это был великий мастер! Давно я не слышал о нем; говорили, что после того как Сотоба оставил службу, он передал свое имение родственникам и отправился скитаться… Значит, Сотоба еще жив. Чем он сейчас занимается?

– Он садовник, мой господин.

– Хороший конец жизни для того, кого смерть обошла в битвах… Из лука тоже он учил тебя стрелять?

– Да, господин.

Но я и сам подолгу тренировался.

– Это видно. В стрельбе из лука никто не может тебя превзойти, а на мечах ты проигрываешь. Знаешь, почему?

– Нет, господин.

– В стрельбе из лука твой глаз и твоя рука подчиняются твоему духу. Но когда ты сражаешься мечом, ты лишь повторяешь то, чему тебя учил Сотоба. К сожалению, ты не воспринял от него нечто большего, чем мастерство. Ты применяешь приемы большего мастера, но ты не ощущаешь сущности поединка.