Нашествие

Протянула с улыбкой:

– Вот и нет пятна. Перебирайте быстро своими ножками, милая. И никто ничего не заметит.

В конце концов, она тоже была воспитанной дамой.

Три сестры просияли благодарными взглядами. Младшая сунула ступню в большую, не по размеру, туфельку, быстро перехлестнула ленты вокруг щиколотки, затянула. Оправила платье, остановила на Алине робкий благодарный взгляд. Все три глядели на свою спасительницу настолько простодушно, были так жалки в своих дешёвых платьицах на розовом чехле, что на миг Алина подумала, не одолжить ли свои перчатки и туфли, – к танцующим ей всё равно не хотелось.

– Алина, – представилась.

– Елена… Катя… Лиза…

– Лиза, бегите же, ну! – Алина хлопнула в ладоши.

И сестра, которой достались перчатки и туфли, унеслась.

Алина села на диван. Грациозно показала рядом. Сёстры уселись по обе стороны, болтая голыми ногами. Горничная бросила на эти босые ноги презрительный взгляд. Алина метнула в ответ такой, что пригвоздил француженку к стулу, как копьё.

– А вы? – осмелела первой Елена.

«Старшая», – догадалась Алина.

– Неужели вам не хочется туда? Танцевать?

«Вот она, провинциальная простота», – внутренне скривилась Алина. С простыми людьми, знала она по опыту, труднее всего: такое ляпнут, только успей увернуться. Вот что ответить на эдакое? Она очаровательно улыбнулась. И не сказала ничего.

– Есть интересные, – заметила на это Катя.

«Вам – может», – подумала Алина. Ответила с улыбкой:

– Кто же? Я почти ни с кем не знакома.

Обе сестры так и сорвались с дивана:

– Как? Вы не знаете? Все барышни в ажитации. Вы не слыхали? На бале – сегодня! – господин Бурмин.

Алина равнодушно пожала плечами. «Интересно», – подумала, фамилия была ей знакома, ибо род был известный и старинный.

– Вы не знаете, – отстранилась Елена.

– Что же я должна знать?

– Красавец.

– Вылитый Эдмунд.

– Манфред!

Алина не читала ни того ни другого, да и литературные аналогии её не влекли:

– И до сих пор не женат?

– Он не появлялся в обществе чуть не пять лет.

– Где же он был всё это время?

– У себя в имении.

«А вот это нехорошо, – задумалась Алина. – С чего честному человеку зарываться в деревне. Если только он не развратник с гаремом из крепостных девок». Но плюс был существеннее: если человек сторонится общества, до него вряд ли быстро дойдут слухи о… Ограничилась кратким:

– Красавец?

– Не верите, – разочарованно потянула Елена.