На руинах Османской империи. Новая Турция и свободные Балканы. 1801–1927

Колеттис, одержав победу, не имел средств на оплату своих румелиотских наемников; и они решили заплатить себе сами, разграбив Морею. Эти странные «конституционалисты», руководимые Теодоросом Гривасом, при поддержке отряда албанских мусульман вскоре вынудили мореотов, естественно завидующих «континенталам», призвать на помощь своего знаменитого вождя Теодороса Колокотрониса, чтобы защитить полуостров.

Старый воин с радостью пришел к ним на помощь и выпустил прокламацию, в которой объявлял все действия комитета беззаконными, а его сын Иоаннис Геннеос остановил наступление румелиотов.

Встревоженное правительство стало умолять французов занять Нафплион и Патрас (Патры). Французский отряд превратился в гарнизон мощной крепости Паламиди в Нафплионе; но еще до того, как французы смогли дойти до Патраса, Кицос Цавеллас (Дзавеллас, Тзавеллас), сулиотский вождь, который когда-то возглавил героическую вылазку в Месолонгионе, захватил этот великолепный замок и отказался его сдавать. Он распространил свою власть над двумя фортами, которые защищали вход в Коринфский залив, и удерживал их до тех пор, пока не приехал король Оттон, позже назначивший его своим премьер-министром.

Цавеллас не был уроженцем Мореи, но он стал не единственным лидером за пределами полуострова, который восстал против правительства. Салона находилась в руках оппозиции; а жители островов Тинос, Эгина и Спеце не желали или не могли признать власть комитета. В стране воцарилась анархия, конституция была фикцией; люди, как с горечью выразился поэт Суцу, были «раздеты волками», то есть чиновниками.

Необходимо было провести сессию Национальной ассамблеи еще до приезда короля, чтобы даровать всеобщую амнистию и признать его назначение. Эта Ассамблея, на которой присутствовали 224 депутата, включая нескольких жителей Крита, рассматривалась как продолжение той, что работала в Аргосе.

Она приступила к работе 26 июля 1832 года в простой деревянной лачуге в Пронойе, в щели которой делегаты просовывали свои трубки и курили! Ассамблея приняла закон об амнистии, единогласно признала королем Греции Оттона, но отменила сенат, оскорбив тем самым послов европейских стран.