Комендантский час

Я заподозрил нечто неладное и напрямую спросил друга, почему он пишет в столь странной манере. Но в ответ лишь молчание. Прошло уже достаточно времени, но нового письма всё нет.

Щекотливость ситуации заключается в том, что еще здесь, в столице, Городецкий серьезно заболел, в связи с чем у него пришли в разлад интеллектуальные способности, а именно, память. Порой он совершенно не мог вспомнить элементарных вещей из недавнего прошлого, однако, все, что происходило, скажем, неделю назад, он помнил неплохо.

Я приказываю тебе добраться до острога и найти там Андрея. Узнать, все ли в порядке у моего старого друга и в норме ли его душевное здоровье. Прошу отнестись к этому не просто как к приказу, а как к просьбе любимого дяди. Прочие подробности узнаешь от моего подчинённого.

Горячо жду известий.

Берестов Вячеслав Андреевич».

Артём отложил в сторону письмо и недовольно взглянул на Бориса.

– Ты знаешь, о чем говорится в письме?

– Так точно, господин Берестов.

– Тогда объясни мне, почему я должен прерывать своё возвращение домой, чтобы…

– Я думаю, в письме всё итак было объяснено, – перебил чиновника Хорохорцев.

– Дядя считает, что я должен работать нянькой у его друзей?

Толстяк недовольно посмотрел на цыганку, а та, в свою очередь, хитро взглянула на него.

– Вам, я думаю, уже пора, – сказал Борис.

– Я так не думаю, – сказала Лэйла и ловко перекинула дымящуюся трубку из одного уголка губ в другой.

Хорохорцев наклонился над цыганкой, поставив руки на стол.

– Слышь, отребье, у тебя есть секунда, чтоб убраться, а иначе я тебя отсюда выволоку и пристрелю как собаку.

Гадалка, услышав это, побледнела, однако, за неё вступился Артём: « Может, сначала важные дела решим? Оставь ты её в покое».

– Я уйду, как только получу свой рубль за гадание, – дрожащим голосом произнесла Лэйла.

Берестов тут же сунул руку во внутренний карман за кошельком, но Хорохорцев не унимался.

– Рубль? Тебе? За что? За ту вздорную брехню, что ты навешала?

Казалось, что сейчас толстяк ударит самонадеянную женщину, но его вдруг заставил присмиреть Артём. Он вручил гадалке купюру и она, стремглав, бросилась прочь.

– Зря это вы, пуля явно была дешевле, – сказал Хорохорцев и, улыбнувшись, уселся напротив чиновника.