Борьба за трон (сборник)

С этими словами он поднялся. Королева не смела противоречить ему из страха увеличить его неудовольствие и тоже встала. Королевская чета направилась к террасе, а принц Уэльский шел между ними. По знаку королевы лорд Мельфорд подошел к ней с левой стороны.

Беатриса и капитан Кросби шли сзади и беседовали.

– Я надеюсь, дорогая Беатриса, что вы вспоминали меня во время моего отсутствия? – спросил он.

– Я постоянно помнила о вас, – отвечала она, – и сильно беспокоилась за вашу безопасность.

– Я не раз был близок к гибели, но меня как будто защищал ангел-хранитель.

– Надеюсь, что так будет всегда. Но скажите мне откровенно: действительно ли наша партия имеет шансы на успех?

– Без всякого сомнения! – воскликнул он. – Мы теперь сильнее и сплоченнее, чем когда-либо. Но для нас есть одно затруднение: пока Вильгельм жив, восстание осуждено на неудачу. Благодаря протестантской партии, которая готова биться за него на жизнь и на смерть, он всемогущ. Нечего и думать о битве, ибо, если мы ее проиграем, якобиты будут разбиты наголову и сокрушены окончательно.

– Вы хотите сказать: гораздо счастливее, – возразила Беатриса.

– Нет. Я не беру назад своих слов. Повторяю, необходимо устранить Вильгельма.

– Но не убивать, Вальтер!

– Достаточно лишь помешать ему командовать армией. Поговорим лучше о своих собственных делах.

– Увы! Это верно. Но королева милостива ко мне, и я надеюсь хорошо здесь устроиться. Больше всего беспокоюсь я о вас, Вальтер.

– Я не могу, конечно, перемениться! – воскликнул он. – Я по-прежнему буду рисковать всем для короля Иакова и делать все, что он прикажет.

– Хвалю вашу решимость, Вальтер, и надеюсь, что ваша преданность будет когда-нибудь вознаграждена.

На этом и кончился их разговор.

Их величества дошли уже до террасы, где их ожидала свита. Иаков хотел было направиться прямо во дворец, но королева упросила его продолжить прогулку.

Король предпочитал гулять по уединенным местам парка, но открывшийся с террасы прелестный вид понравился ему. К тому же он был польщен выражениями почтительной преданности, которую ему выказывала толпа, уже успевшая собраться около террасы.