Тонкая нить

Мо появилась, когда Вайолет уже напечатала половину второго контракта, добавочного к уже существующему полису на страховку дома в Андовере, теперь еще и на случай пожара. Когда не было рядом Олив, Мо вела себя тише воды ниже травы. А сейчас вообще была как в воду опущенная: вошла, повесив голову, пробормотала себе под нос приветствие, даже не посмотрев в сторону Вайолет. И платье на ней было в тон настроению, какое-то мутно-коричневое, с бесформенной юбкой и мятым подолом, на груди висело мешком. Вайолет кивнула и, закончив печатать контракт, предложила заварить чайку.

– Да, если можно, – едва слышно проговорила Мо и тяжело вздохнула. Этот вздох означал только начало, она всегда так делала, готовясь отвечать на вопрос, что с ней стряслось.

Но Вайолет сначала отправилась на кухню, заварила в фаянсовом чайнике чай и принесла его в комнату вместе с тарелкой печенья «Гарибальди» – это печенье никому не нравилось, но больше у них ничего не было.

– Ну что, – сказала она, поставив перед Мо чашку с чаем и сахарницу.

 – Рассказывай, что случилось?

Вайолет откинулась на спинку стула, обхватив ладонями чашку с чаем, чтобы согреть их, – июньский день выдался дождливый и прохладный, казалось, на улице не лето, а ранняя весна. В такие дни она всегда надевала кофту, либо бежевую, либо светло-коричневую. Сегодня на ней была светло-коричневая, на новую у нее денег не было, зато недавно Вайолет освежила ее, сменив прежние пуговицы на перламутровые, на которые наткнулась в комиссионке.

Мо положила в чашку несколько ложек сахара и хмуро уставилась на прямоугольное печенье с изюмом – отдельные изюминки были похожи на сидящих мух.

Вайолет не торопила ее с немедленным ответом. Впереди еще целый день.

– О подает заявление об уходе, – пробормотала она наконец. – С сегодняшнего дня. Ее мать будет звонить утром мистеру Уотерману.

Мо выбрала печенье и яростно впилась в него зубами.

– Понятно, – отозвалась Вайолет.

Она ожидала совсем не этого. Она думала, что Мо расстроена из-за того, что ее ухажер, банковский служащий, что-то сказал или сделал не так.

А Олив не пришла на работу, потому что ей якобы надо готовиться к свадьбе, которая будет еще не скоро, – встретиться со священником, искать, где распечатать приглашения, выбирать материю на свадебное платье. О использовала все это как предлог, чтобы прогулять работу. Вайолет думала, что пройдет не один месяц, может, даже целый год этой канители, пока не настанет торжественный день.