Смирение

– Саш, ну чего ты как дурак себя ведёшь? Хватит упрямиться…

– Пошла вон! – Быков перешёл на рык.

– Тебе не кажется, что ты перегибаешь сейчас палку?

Он подошёл к столу, небрежно схватил несколько бумаг, смял их и кинул в лицо Оксане.

– Пошла вон!!!

Та вскочила и показала на него пальцем, в миг покрасневшее лицо исказилась в гримасе ярости и презрения. Она яростно заверещала:

– Ты пожалеешь, тварь!!! Я клянусь, ты пожалеешь!!! У тебя земля под ногами гореть будет, урод!!! Ненавижу тебя, мразь!!! Ненавижу!!!

Оксана резко сорвалась с места, еле успев схватить сумочку, и сразу направилась к выходу.

В прихожей, пытаясь взять пальто, чуть не вырвала дверь шкафа, быстро надела туфли. Быков только и успел открыть ей, как она тут же выскочила из квартиры захлопнула дверь в квартиру прямо у него перед носом, да так сильно, что даже штукатурка на стене посыпалась.

– Шлюха… – устало прошептал Быков, сел на табуретку в прихожей и закрыл уставшее лицо руками.

Глава 2.

– Алло, Алекс? – послышался из трубки приятный женский голос, – как вы?

– Да, да… Я в порядке.

– Это Кэтрин Марлоу из Buzzfeed. Я звоню, чтобы напомнить вам, что у нас сегодня после обеда интервью с нами. Вы приедете?

– Да, конечно…

– Хорошо… – задумалась, – ах, да! Совсем забыла сказать. У нас немного поменялась локация съёмок. Мы сняли студию в двух кварталах от предыдущего места. Новое находится на перекрёстке между Парк-Авеню и 47-ой Восточной. Точно адрес вам скину с мессенжер.

– Хорошо. Я подойду.

– Отлично. Тогда ждём вас, Алекс. До встречи. Всего доброго!

– И вам тоже!

Быкову не сильно хотелось выходить из квартиры, так как за окном поливал дождь, но раз уж договорился, себя надо как-то пересиливать. И он нехотя натягивал на себя носки, джинсы, медленно натягивал на себя балахон, а потом с трудом заставлял ноги двигаться в прихожую, одевать там туфли, утеплённый жилет, искать на полке зонтик. Даже входная дверь открывалась нехотя, будто удерживаемая упругой пружиной.

Организм, сердце, мозг, душа – всё телесное и бестелесное в Быкове буквально умоляло его не идти. Но раз договорился, то надо. Он иначе не мог. Не учили его так. Не по-мужски это сначала договариваться, а потом сливаться.

Всё внутри него протестовало не потому что он был ленивым или банально не хотел промокнуть. На самом деле просто чувствовал подставу. Ощущение того, что интервью закончится скандалом, буквально витало в воздухе.