Идрис и Пифон

– Ты шарлатан!

– Ты женщин бьёшь, козёл!!!

– Да ударь ты его, защити мою честь! Ты мужчина или нет!?

– Хотите, чтобы вашего любимого Идриса сразу после этого в тюрьму посадили?! – усмехнулся Евгений, – боюсь это его там заставят на бутылку сесть!

В пылу ругани Пустов подумал, что его посадят за работу магом.

– Если вы не в курсе, экстрасенсорика законом не запрещена! Приворачиваю и колдую, где хочу!

– Идрис, ты мужик или нет?! – возмутилась Лариса, глядя на своего начальника, – заступись за меня, наконец!

– Хватит его провоцировать!!! – рявкнул на неё Соколов.

Та разревелась.

– Да как вы вообще смеете на меня так орать? Я женщина, а не собака…

– Солнышко, не плачь! – жалобно произнёс Идрис, потом взглянул на Евгения, – ты её до слёз довёл уже дважды!!! Да я тебя сейчас!!! – уже, доведённый до белого каленья, приготовился бить Соколова стулом. Тот только прикрыться рукой успел.

– Простите!!! – раздался крик из-за спины. Евгений и Лариса развернулись.

За спиной стояла полная женщина лет пятидесяти. Одета в старое, наверно, ещё с советских времён, пальто, из под которого выглядывали кривые, как плечи охотничьего лука, ноги. Голова грязная, сальная – блестела на свету люминесцентных ламп. Волосы убраны в неаккуратный пучок при помощи розовой резинки и спрятаны под платком. Лицом была как типичная советско-российская буфетчица или уборщица, макияж которой не мог скрыть внешних недостатков, а порою только усиливал их.

Стояла скромно: нога за ногу, руки в замочек. Взгляд опущен к полу.

– Я вам не помешала? – спросила она уже тихим голосом.

– Вообще-то вы как раз вовремя, а то… – начал, было говорить Соколов, одним глазом поглядывая на неё, другим на Пустова. Желал поведать о том, что его только что хотели огреть стулом, но женщина перебила.

– Я с проблемой к вам, – с грустью и почтением посмотрела она исподлобья на Идриса.

– Да, да, да! – воскликнул он, используя этот счастливый шанс, чтобы отвязаться от назойливого разоблачителя.

Поставил стул на пол и вышел к женщине, нежно взял её за предплечья и посмотрел глазами настолько милыми и заботливыми, что бедняжка буквально растаяла у него в руках за секунду, – я весь во внимании. Скажите, как вас зовут?

– Полина, – недоумённо посмотрела на Пустова, – фамилия нужна?

– Давайте! – улыбнулся Дмитрий.

– Полина Иванова.

– Что у вас за проблема?

Соколов буквально завис.