Альпинист. Покорить СССР. Книга 1

– Ровесник? – не понял я, глядя на парня.

– Ну да, – кивнул Михаил Андреевич. – Тебе, поди, тоже шестнадцать?

– Мне шестьдесят пять! – выдохнул я.

Два старика переглянулись.

– Этот с травмой головы, – подал голос Пашка. – Повредился. Не обращайте внимания. Видите, голова перебинтована? Клинит.

– И то верно! Ну Пашка, ну Шерлок Холмс! – сухо рассмеялся Михаил Андреевич. – Вырастешь – следователем будешь!

– Я уже взрослый! – обиженно ответил Пашка. – Вот кости срастутся на руках, заявление в Омскую школу милиции отнесу.

– Ну, это правильно, – кивнул Михаил Андреевич. – Только доучись сначала.

– На нас бросаться не будешь? – спросил Кайрат Айдынович с сильным южным акцентом, поглядывая на меня с подозрением.

– А зачем мне на вас бросаться? – не понял я.

– Мало ли… – пожал тот плечами.

Он мне сразу не понравился. Хитрые какие-то глаза, и сам какой-то подозрительный. И вообще, мне тут не нравилось. Все присутствовавшие словно пытались разыграть меня, но розыгрыш получался несмешной.

– Ладно, не стой в дверях, располагайся! – сказал Михаил Андреевич.

Я прошел к кровати, мельком бросил взгляд на зеркало, висящее на стене возле входа.

Глянул… и замер, словно пораженный молнией.

Зеркало было старым, серебряная отражающая поверхность по углам исшаркалась, медная рамка окислилась и позеленела. Но не это так сильно удивило меня.

А отражение.

Из зеркала на меня смотрел не я сам – седой, побитый жизнью старик. А молодой паренек, лет шестнадцати, абсолютно не знакомый мне…

Пол под ногами вдруг резко подскочил и шлепнул меня по лицу.

Глава 2. Больница

Десятилетия жизни, возраст, пенсия, шаткое здоровье – такие вводные предполагали опыт обмороков. И он у меня имелся. Бывало, прихватывало, я падал в бессознанку.

Но на этот раз все произошло иначе.

Обычно чувствуешь, как начинает пульсировать в висках, натужно, тяжело. Потом горизонт плывет, словно воск свечи. А потом – хлоп! – и уже глаза в недоумении открываешь, не понимая, как оказался на полу или кровати, и кто эти люди, которые с ужасом смотрят на тебя.

А тут…

Меня не швырнуло в черноту небытия. Напротив, перед глазами поплыли обрывочные картины, яркие, насыщенные, словно кто-то выкрутил все настройки на максимум. Фантастические, небывалые.

Я увидел землю с высоты птичьего полета. Незнакомый поселок, лес за ним, ручей. Потом ущелье. И гору, огромную, величественную, вечную. Она высилась над миром, храня мудрое молчание.