Змеиная гора

 – Еремей велел узнать, как поступить, собирать ли отряд, чтоб товар отбить, или еще что…

– Собирать, что еще! Да побыстрее! – выдохнул я, сдерживая ярость и добавил раздраженно: – До Вороньего мыса, небось, только к утру и поспеем.

Если налетчики не полные дуроломы, скоро поймут, что товар им достался, мягко говоря, не жирный. Да и корабли, я думаю, жечь не посмеют. Скорее попросят выкуп за свою добычу. Вот только я переговоров с террористами не веду, и потому пусть насладятся последней ночью в своей убогой жизни.

Или от незнания, или по чужому наущению, но накликали безвестные налетчики на себя большую беду, сами, наверное, об этом не догадываясь. Проку им с той добычи никакого, а вот биты будут, как за добрый товар. Да и прочие купцы знать станут, что со мной шутки плохи. Это не столько спасательная экспедиция, а скорей поддержание авторитета. Обычно подобный товар по моему известному списку везли в крепость купцы небогатые, порой отчаявшиеся. За серу и селитру, за нефть и дешевую медь и свинец платили мало.

– Давай-ка, Наум, кличь пятерых стрелков, из своей группы с короткими, малыми ракетами. Сам пойдешь, и я пойду…

Прикрыв ладонью в тяжелой кольчужной перчатке рот, Наум тихо шепнул:

– Оборотня звать будем? – и покосился на старика, который словно впал в ступор от свалившихся на него напастей.

– Нет, справимся сами. Негоже по пустякам такую силищу, тревожить.

– Их три сотни, батюшка! Как же так! Пятерых стрелков?

– А ты что же, без рук, что ли? А я? Да увидят наши с тобой рожи бородатые – так испугаются, что потом до могилы икать будут. Да и разведка впереди уже готовит место. Сдюжим. Распоясались разбойники, пора проучить сволочей.

Уже привычная к ночным визитам, совершенно не беспокоясь за мою безопасность, Ярославна помогла собраться, надеть броню, принесла из сундука в моей комнате оружие и плащ.

– Доброй дороги. Не посрамись, не лютуй, а то я тебя знаю. Да Мартына с Наумом придержи, не множь дурных толков, что, дескать, ратники твои как есть бич божий, кара небесная.

Спустившись в гостиный двор, я находился в неприятном ожидании ночной верховой прогулки, обещающей стать утомительной и долгой.