Мертвая империя

Ужасная Бетика, столько легионеров там полегло. Но земля нам так и не покорилась. Марк поник еще сильнее. Он искренне хотел спасти Гая, но не желал губить легион. Фабриций кивнул разведчикам и махнул рукой, давая понять, что они свободны.

– Так, раненому помоги дойти до врача. А ты, Квинт, пойдем за мной в штаб.

Я кивнул и молча последовал за легатом. Легионеры заносили осадные орудия: в хорошем состоянии отправляли на ремонт, чтобы отложить себе, а испорченные разбирали на стройматериалы. На носилках раненых несли в лазарет, выжившие легионеры отдыхали, команда врачей выносила трупы с поля боя: римлян, завернув в ткань, откладывали в определенное место для опознания и погребения, а варваров складывали в кучку для сожжения.

– Вот почему все получается именно так, Лутаций? Почему именно этот край Империи? Именно эти недолюди? Столько проблем, а решений и ответов нет. Судя по словам разведчика, там у них целый городок.

Мы зашли в штаб и сели в его кабинет, попутно ведя диалог.

– Марк, я придумаю что сделать. Мне нужно лишь осмотреть то место. Я определенно должен спасти Гая Варрона.

– Я сам поведу легион, оставлю здесь когорту. Твоя же когорта пойдет в авангарде, но будь осторожен. У тебя прекрасный стратегический ум. Перед нападением осмотри все место, начало битвы и само наступление организуешь сам.

Фабриций сел за стол и тяжело вздохнул. Здесь, на границе Империи, очень трудно жить из-за варваров, которых гонят с востока на запад кочевники. Бесконечные сражения, дожди, полуполевые условия жизни. Еще и внутри великой Империи раздоры и раскол в Сенате. Юный Гонорий Август не в состоянии со всем справиться. Марк задумчиво сидел и витал в своих мыслях. Его лицо не выражало абсолютно никаких эмоций. Через какое-то время он отвлекся от своих мыслей и посмотрел на меня.

– Не задумывался ли ты, Квинт, об одной интересной вещи? За кого и чего мы воюем? Мы начинали служить сильной и, главное, единой Римской Империи. Император был один: наш августейший Флавий Феодосий, а не двое: Гонорий и Аркадий. Узнаем, что будет далее.

– Да, задумывался, Фабриций. Я для себя решил, что буду служить до конца своей Родине. Я родился в Риме, а вот Родина меня забросила в этот доблестный легион. Не важно мне ни государство, ни правитель.