Мертвая империя

Очень нехорошо, надо решить этот вопрос.

Бандит покрутил в руках нож и устремился на меня. Но он не знал, что мой верный пугио всегда со мной. Глупец замахнулся, но я схватил его руку и, вытащив из-под одежды клинок, нанес серию ударов в живот и грудь. Дабы не потерять преимущество, я быстро подбежал ко второму разбойнику и полоснул пугио по шее. Оба злодея замертво упали и утонули в луже собственной крови. Я вытер пугио об одежду одного из них и спрятал его обратно под тогу. Девушка была крайне напугана: она закрылась руками и вжалась в стену, а на мои прикосновения отвечала дрожью и плаксивым стоном.

– Все хорошо, они тебя не обидят. Посмотри на меня, красавица. Как тебя зовут? Меня Квинт Лутаций

– Меня зовут… Феодосия.

– Откуда ты? Я живу в Субуре, недалеко отсюда.

– У меня нет дома, до недавнего времени я была рабыней, но хозяин распустил меня и остальных рабов.

– Так ты не римлянка?

– Нет, я гречанка, из Вифинии. Еще до распада Империи схватили в плен бандиты и продали в рабство.

– Ужасная судьба. Но со мной тебе ничего не грозит. Пойдем ко мне в инсулу. Надо же где-то жить.

Феодосия расслабилась и уже не была так сильно напугана. Ее глаза все еще были влажные, но она шла на контакт и не боялась меня.

– Если ты правда можешь взять меня к себе, то я буду очень признательна.

Я приобнял свою новую знакомую, пытаясь успокоить. У нее появился румянец на щеках.

– Идем со мной. Ты в безопасности.

Я решил выйти на большую дорогу, где светло и ходят патрули.

Болтая по пути, мы дошли до моего дома. Я просто валился с ног от усталости. Мне даже не хотелось раздеваться, только лишь спать. Но надо было как-то разместить Феодосию.

– У меня в небольшом доме лишь двухместная кровать и диван. Я буду спать на нем, а ты ложись на кровать. Согласна?

– Согласна, но не проще будет лечь вдвоем на одной кровати?

– Ну… почему бы и нет.

Весьма неожиданное предложение, да и я не против, но мне хватило тех двух римлянок на пиру. Однако ради удобства я согласился. Упав на кровать, я тут же начал засыпать. Феодосия тоже легла почти сразу, я почувствовал ее присутствие. День был необычным, никогда не видел такой огромный пир. Рим – город роскоши, но это станет его бичом, что разрушит мегаполис. Искренне надеюсь, что меня эта обстановка не погубит. Все, больше не могу.