Мы остаемся в России

Вкратце описав ситуацию с кулоном и вскользь упомянув о встрече с Сильвеном Анна, немного помолчав, продолжила, – в таких делах, нужно быть откровенным до конца. Но у меня одно условие. Ты никогда не попросишь у меня кулон для самостоятельного перемещения. О попытках завладеть им силой или обманным путём я даже не упоминаю.

– Ты могла бы об этом не говорить. Это исключено, – спокойно ответил Женя.

Анна кивнула, – Тогда давай определимся. Какая у нас задача?

– Найти Лавра Ермакова, – сразу ответил Женя, – если мы сможем переместиться в то время где была ты, то сразу отправимся на Посполитакинскую

.

– В те года мне попадать нельзя, – про отношения с Петром, она решила пока не говорить, – там ещё живут бандиты, с которыми я общалась. Если вдруг мы случайно с ними столкнёмся, то возникнут серьёзные проблемы. Мы можем просто не успеть дойти до сыскного отделения. Ты говорил, что Лавр воевал, значит соваться в годы Империалистической, нам нет смысла.

– Ты права, – кивнул Женя, – но тогда мы попадаем в Гражданскую войну, а там….

 – он покачал головой.

– Да – согласилась Анна, – там не просто. Но мне кажется, что нам будет проще в этой неразберихе. Когда в городе установиться Советская власть, революционные патрули и ЧК будут проверять всех и каждого, а мы не выдержим ни одной проверки, хотя бы, потому что некому будет подтвердить наши личности. Я пороюсь в интернете, найду образцы справок или мандатов того времени. Мой приятель обработает их в фотошопе. Надо узнать какие деньги тогда были в ходу, – задумчиво добавила она.

Женя внимательно посмотрел на неё: – Когда мы тогда говорили о тебе, там…, Пришельцев сказал, что в их времени, ты бы затмила Соньку Золотую ручку, и знаешь, он был совершенно прав!

Смущённо улыбнувшись, Анна поблагодарила и продолжила: – Крестьяне из нас не получаться, а вот что-то вроде учителей, нам подойдёт. Что бы, ты мог преподавать?

– Ну – Женя задумался, – допустим, русский язык или физкультуру.

Анна весело рассмеялась: – С ятями и ижицами? Хотя, если мы собрались в двадцатый год, то подойдёт! Их отменили в 1918 году.

С физкультурой тоже не так просто как тебе кажется. Тогда в ходу была сокольская система, военная гимнастика и методика Лесгафта. Я запомнила только названия. Так что лучше учи детишек русскому. А я буду учительницей арифметики в начальных классах, – и весело улыбнувшись, добавила, – вечером повтори падежи и безударные гласные, а я потренируюсь делить и умножать в столбик.