Незаменимый человек. По следам пропавшего директора

– Ольга всегда болезненно реагировала на мои командировки, поскольку из-за этого она была вынуждена оставаться одна.

– Я сейчас говорю о самом факте проявления подобных эмоций. Кроме того, при вечернем осмотре, я обнаружил, что зрачки стали реагировать на различные раздражители. Также появилось движение глаз, то есть способность отслеживать перемещение предмета в разные стороны. Пусть пока не так явно, но, тем не менее, изменения есть. Понимаете?

– Понимаю.

– Теперь по новым записям, которые Ольга сделала после Вашего ухода.

– Кстати, да. Что там?

– Три листа получилось. Вам обязательно надо на них взглянуть.

– Когда я смогу к Вам приехать?

– Так хоть прямо сейчас. Я уже на рабочем месте.

– Всё ждите, скоро приеду.

Быстро собрался и выехал в клинику. По приезду застал Виктора Алексеевича в его кабинете.

– Проходите, Марк Сергеевич, – как всегда радушно, встречал он. – Может быть, свежий чай заварить?

– Спасибо, не откажусь.

– Нам надо разобраться в новых рисунках, что наша художница в этот раз «наваяла», – говорил врач, наливая воду в чайник.

Взял первый рисунок и начал его внимательно изучать. На нём была изображена рука с колющим предметом, напоминавший нож, а рядом надпись: «МАК НЕТ», с явно пропущенной буквой «Р» в первом слове.

– Марк, нет, – проговорил я. – Больше похоже на предостережение.

– Вот и у меня сразу такая же мысль появилась. Ольга считает, что Вам грозит опасность.

– Мы с ней обсуждали убийство женщины, а убита она была ножом. По версии Ольги, преступника зовут Гриша, наверно он неплохо владеет холодным оружием, вероятно, его-то мне и стоит опасаться.

– Марк Сергеевич, если Вы чувствуете, что есть опасность для жизни, почему бы Вам не заявить об этом человеке в полицию?

– Что толку? Сведения, исходящие от недееспособных граждан, в данном случае от Ольги, следствием во внимание не принимаются.

– Да, знаю, есть такое дело, – вздохнул доктор.

Стал рассматривать второй лист, где Ольга изобразила человека с окладистой бородой, в больших тёмных очках, закрывающих пол лица. Дальше – надпись: «СИНИЦ ШАТУА».

– Неужели Ольга считает, что Синицын жив?

– Марк Сергеевич, к сожалению, я не знаю историю об этом человеке, а из рисунка сложно сделать какой-либо вывод.

– Виктор Алексеевич, не обращайте внимания, это просто мысли вслух.

– Понятно.