Жены и девы Древней Руси

Она идет в город по трубам из колодцев, которые находятся к востоку от тебя». Владимир тут же распорядился отыскать эти колодцы и выкопать трубы. Оставшись без воды, корсуняне сдались.

Владимир вступил в город и послал византийским императорам письмо, в котором требовал немедля отдать ему в жены царевну Анну, как было обещано, в противном же случае грозил захватить Константинополь, так же как захватил Корсунь.

Византийские правители поняли, что уклониться от данного обещания им не удастся, и сообщили Анне, что она должна стать женой русского князя.

Анна пришла в ужас. Ее бросало в дрожь при одной мысли о далекой северной стране, населенной племенами, поклоняющимися страшным языческим богам, и о свирепом муже-варваре, который имеет несколько сотен жен и наложниц.

Со слезами умоляла она братьев не отправлять ее к язычникам, но братья только вздыхали и разводили руками. Чтобы хоть немного утешить Анну, Василий сказал:

– Князь Владимир уже отстал от язычества. Он принял решение окреститься и окрестить весь свой народ.

– А кроме того, – добавил Константин, – ты спасешь свою страну от страшной войны.

Анне нечего было возразить, и она покорилась, хотя и чувствовала, что братья приносят ее в жертву.

Царевну стали готовить в дорогу. Снарядили несколько кораблей, на одном должна была плыть сама Анна, на другом – ее свита, на третий погрузили шелковые ткани, сладкие вина и прочие вещи в подарок жениху.

Наступил день прощания. Анна в последний раз обняла братьев, и ее корабли отчалили от византийского берега.

На море они попали в сильную бурю. За бортом вздымались темные волны, мачты скрипели под порывами ветра, и Анна подумала: «Не лучше ли мне сейчас сгинуть в морской пучине, нежели стать женой страшного русского князя?», но тут же напомнила себе, что на нее возложена миссия принести свет истинной веры своему будущему мужу и его народу.

Князь Владимир, который представлялся Анне косматым чудовищем, одетым в звериные шкуры, поразил ее благообразием своего лица с небольшой аккуратной бородой, величавой осанкой и роскошными одеждами. Он сам помог ей сойти с корабля, усадил на богато убранную колесницу, и они торжественно въехали в город.