Баламуты Белокамня

Торговец может выдать меньшую цену, хотя я буду торговаться до последнего медяка! Правда, я прихватил с собой несколько зелий, назначение которых мне неясно…

– Так, опять! – всплеснул руками Люций. – Мне больше не хочется выкупать тебя из тюрьмы по обвинению в наркоторговле…

– Ну я же не знал, что то зелье из дома старосты было наркотиком, а не лекарством там, или полезным эликсиром. Кто ж знал, что тот старый перечник увлекается чёрным лотосом?

– Что же ты за маг такой, если чёрный лотос определить не можешь? – пожевал губами Рульф.

 – Это же ваша шаманская бодяга, за которую вы готовы глотки грызть!

– Да будет тебе известно, – ядовитым тоном поспешил просветить неграмотного воителя маг. – Что это, во-первых, не шаманская бодяга, как ты изволил выразиться, а во вторых она используется для очень сложных заклятий и дорогостоящих ритуалов. А я до них ещё не дорос, поскольку изучаю тайные искусства всего десяток лет, и не прошёл всех ступеней посвящения в таинства своей профессии.

– Во загнул! – усмехнулся великан.

– Ладно, хватит спорить! – прервал всех Моргримм, у которого уже голова разболелась от шума нарастающей перебранки. – Великий Кузнец! Почему все люди такие трепачи?! Вы хоть когда-нибудь умолкаете?

– Когда спим, – мрачно усмехнулся Пьер.

– Я вообще мало говорю, – поспешил тут же вставить Рульф.

– Ладно, наш новый товарищ прав! – поспешил успокоить всех Люций. – Давайте остановимся тут. Место вроде ничем не хуже прочих.

Отряд остановился возле постоялого двора с названием «Пристанище торговца», ибо уже совсем рядом располагался огромный рынок, притихший и опустевший на ночь.

Посреди пустых лавок и навесов ходили одинокие стражники и сторожа с фонарями и факелами, следившие за тем, чтобы различные вандалы и хулиганы не уничтожали прилавков или не разбирали их на дрова. Естественно, что с уличных лотков все товары на ночь увозили по домам или складам, в отличие от запиравшихся магазинов, коих на Променаде было пруд пруди.

– Ну что, спать?! – с надеждой посмотрел на своих спутников Люций, поскольку любил это занятие, так же как и обильно вкусно поесть, да и надоело ему уже оббивать ноги в столь поздний час.

– Пошли, – кивнул Рульф, направляясь к постоялому двору, желая поскорее снять с себя опостылевшие доспехи, поскольку носил их уже больше двенадцати часов. – Поскорее пожрать, да в койку!

– Займёте мне монет, если не хватит? – посмотрел на авантюристов гном.