Баламуты Белокамня

 – Тихо!

Все прислушались, опасливо косясь на услужливо распахнутую дверь лабиринта, однако Моргримм смотрел совсем в другом направлении.

– Кошара, ты?! – негромко позвал гном, после чего из темноты туннеля на свет выступил изрядно помятый, но живой Назар.

Вся его шерсть почернела от осевшего и размазавшегося по ней пепла, один глаз заплыл из-за внушительного кровоподтёка, а туника на нём висела рваными клочьями. Хотя зачем она была нужна полульву, всё тело которого было скрыто шерстью, непонятно.

Зверолюд хромал, опираясь на свой посох, держась второй лапой за отбитые рёбра, время от времени сплёвывая на пол пещеры кровавую слюну.

– Назар, ты жив! – ринулся к товарищу навстречу маленький человечек, обрадовавшийся новообретённой поддержке, и стараясь поскорее удалиться от злых авантюристов, решивших использовать вора в качестве отмычки-пушечного мяса, путём выдвижения его вперёд, с целью разряжать все встречные по пути ловушки тщедушным Каиновым телом.

– Жив! – усмехнулся полулев.

 – Не трогай меня! Всё тело ломит! Попийрог не оставил меня в трудную минуту, в отличие от всех вас!

– Да нам на вас вообще наплевать! – хмыкнул Пьер, сложивший на груди руки.

– Ещё одна такая выходка, кошара, – погрозил топором гном. – И я тебе лично ноги отрублю и оставлю подыхать в Подземье! Понял меня?!

– Какая выходка?! – удивился зверолюд, словно ничего и не делал.

– На кой ляд ты бросил бомбу в грибную рощу?! – сердито посмотрел на него Моргримм.

– Там среди грибов прятался разведчик троглодитов, – пояснил Назар. – Ты его разве не заметил?! Извини, но у меня другого метательного оружия при себе не было, а он уже собирался закричать.

– Да какая хрен разница?! – возмутился гном. – Если бы он закричал, шуму бы больше не было, чем от твоего взорвавшегося кадила! И благодаря огню пострадали грибы, что привлекло миконидов. Ещё раз опростоволосишься, кошак, я лично тебе отрежу ноги!

– Я уже это понял! – кивнул полулев.

 – Итак, уж коли мы упустили Кодруса, позволив вернуться ему на родину, так может объединим наши усилия? В лабиринте станет ещё сложнее, нежели было до этого.

Авантюристы посмотрели друг на друга, раздираемые противоречивыми чувствами. С одной стороны эта парочка доверия не внушала. Совсем. Но с другой стороны, сейчас и правда никакая помощь не окажется лишней, ибо одно дело преследовать одинокого минотавра, и совсем другое схлестнуться с целым племенем.