Убить лешего

Пожрать, у него самое главное дело в жизни. Но, к слову сказать, Миха не был толстым. Он был квадратным, и по-взрослому сильным, он был таким от природы. Он не занимался спортом и не «качался», он просто пошёл в своего отца, самого сильного человека в округе.

– Чё делать-то будем? – спросил я Миху, с замиранием сердца ожидая ответа, что мы всё равно поедем на рыбалку, как и собирались, а не пойдём на наше обычное место встречи, на котором мы собирались уже много лет.

– Как чё? – удивился Миха. – На наше место идём! Как обычно.

Он немного помолчал, а потом, как заговорщик осмотрелся, понизил голос, и прошептал:

– Видел бы ты её Саня. Она обалденная! И он, не найдя больше слов, руками показал, насколько Ольга обалденная. Я опять пожал плечами, и, хмыкнув, как можно безразличнее протянул:

– Ну-у-у… Она всегда, более, менее выглядела. Чё восторгаться то так? Миха, видимо решил, что я со своим тупым восприятием жизни, не в силах оценить прекрасное, махнул на меня рукой и спросил:

– Чего ты ждёшь? Иди, умывайся, приводи себя в порядок, через полчаса встречаемся на «нашем» месте.

И он, покрутив перед моим носом сотовым телефоном гордо выдал:

– Она мне свой номер дала, я с ней созвонился, и мы договорились в десять. Я смотрел на довольную физиономию приятеля, и еле сдерживался от того, чтобы не дать ему подзатыльник. Мне было завидно, ему она телефон дала, а мне нет. И мне совершенно было не интересно, что он с ней уже встречался, а я ещё нет. Однако я прекрасно понимал, что если я дам ему подзатыльник, то меня потом спасёт от пинка под зад только то, что я быстрее него бегаю.

А когда до меня дошло, что я увижу Ольгу буквально вот скоро, метнулся к умывальнику.

* * *

Миха оставил велосипед у меня во дворе, смущённо пробормотав, что он будет только мешать. Я его прекрасно понимал, мы всё-таки взрослые парни, и на велосипедах уже не катаемся, тем более в присутствии таких девушек как Ольга. Избавившись от принижающего достоинство лихих парней велосипеда, мы пошли за деревню, где за одним из огородов, кем-то, когда-то, была сооружена крыша, удерживающаяся на четырёх столбах.

Под этим навесом лежали два толстых бревна, которые мы с успехом использовали в качестве пристанища для наших «задних» мест.

Ольга была уже на месте, она сидела на бревне, и о чём-то разговаривала со своей подружкой Томкой, которая стояла перед ней и размахивала руками, рассказывая явно что-то интересно.