Ликвидатор

Это был одна тысяча девятьсот девяносто четвертый год[10 - Рассказ идет от имени американца, который к тому же хочет избежать ответственности за ошибочные решения.].

– И мы начали помогать этим горцам, так? – осведомился президент.

– Примерно так, сэр.

– Оружие, инструкторы?

– Нет, сэр, просто международное давление на Россию. Она тогда была намного слабее, чем сейчас, их армия отступила с территории Чечении после ряда поражений и серьезных потерь. Русские за два года войны потеряли едва ли не больше, чем в Афганистане.

– На поклон к террористам.

– Да, сэр, к ваххабитам, – подтвердил Кейпс. – Но их можно было понять. Россия объявила им блокаду и отказалась сотрудничать. У них практически не было промышленности, не было выхода к морю, население надо было чем-то кормить. Они обратились к Кувейту, Саудовской Аравии, ОАЭ. И те им помогли.

Глядя на помрачневшего президента, Кейпс перестал докладывать.

– Продолжайте, Стивен, продолжайте…

– Да, сэр. В обмен на помощь они открыли в горной части Чечении лагеря подготовки террористов. Часть террористов выехала в Афганистан, в Пакистан, в Сирию, – потом мы встречались с ними и в Афганистане, и в Ираке, из всех иностранных наемников они были самыми опасными. В Чечении побывали и Усама бен Ладен и Айман аль-Завахири. Айман аль-Завахири в девяносто седьмом был задержан русскими пограничниками за переход границы без документов, несколько месяцев содержался в следственном изоляторе, но был отпущен – русские не смогли его идентифицировать, и у них против него не было ничего, кроме нелегального пересечения границы.

– Твою же мать, – снова не сдержался адмирал МакРейвен.

– Потом, в девяносто девятом году, Чечения, ставшая Ичкерией, напала на Россию. Путин бросил на них русскую армию, и русские на сей раз одержали победу, ликвидировав Чечению, точнее – включив ее опять в свой состав и переманив на свою сторону нескольких особо авторитетных полевых командиров в обмен на амнистию.

– И мы поддерживали их, так?

– Сэр…

– Давайте уж честно! – Президента прорвало. – Мы снова вступили в то же самое, мать его, дерьмо, в вонючую и мерзкую кучу дерьма.