Быть собой

– Кто таков?! Чего до слез доводишь?! – продолжил вошедший, – Кто тебя сюда звал?

– Мэтьюз, полагаю, – спокойно сказал в ответ Крайн.

– Что я – Мэтьюз – это тут все знают, но вот я не знаю тебя. Какое наглое вторжение.

– Спокойно, я уже пошёл, – Крайн встал.

– Э, нет. Ты сперва на вопросы ответь, – Мэтьюз не собирался его выпускать.

– Я искал Ллойда, вот и зашёл сюда.

– Значит, и ему на нервы покапать хотел?

– Никому я капать не хотел.

– А это тогда что значит? – Мэтьюз указал на Нолину.

– Так уж получилось.

Нолина, понаблюдав за разговором, всё-таки вступила в него: «Мэтьюз, это друг Ллойда. Всё нормально».

– Да? Что-то я его тут раньше не видел, – с подозрением сказал Мэтьюз.

– Я сегодня утром приехал, – Крайн не считал лишним объяснить, что и как.

– Я о тебе от Ллойда ничего не слышал, – Мэтьюз проверял всё досконально.

– Мы сегодня познакомились, – не стал скрывать Крайн, – Но это ещё не значит, что меня нельзя назвать другом.

– Ну, ладно, раз она сказала, что ты – его друг, поверю.

– Какой добрый, – негрубо сказал Крайн и подошёл к выходу.

– Да, Мэтьюз зря не обижает. Он вообще не обижает, – деловито сказал сам про себя его новый знакомый.

– Вообще?

– Ну, если только нечаянно, – Мэтьюз изобразил скромника. Крайн скрылся за дверью.

Он пошёл к тому самолёту, на котором ему предстояло лететь. Крайн видел немало самолётов, но, глядя на этот, чувствовал что-то знакомое.

Затем он поднялся на крыло по приставной лестнице, забрался на крышу самолёта, лёг и стал смотреть на небо. Чем дольше Крайн смотрел на него, тем больше погружался в его глубину и вскоре оказался настолько далеко в своих мыслях от этого места, что уже не слышал и не видел ничего вокруг, а только чувствовал, как его касается лёгкий ветер.

Когда на крыло поднялся Ллойд, Крайн уже не дремал, но всё ещё смотрел на небо.

– Облака? – заговорил Ллойд.

– Облака, – отозвался Крайн и сел, – Сколько там всего.

– Дельфин превращается в коня, – Ллойд тоже видел в них фигуры.

– Как всё точно: линии, объём, тени. Ещё не каждый сделает такую скульптуру.

– Да… – Ллойд тоже любил наблюдать за облаками. Вечерело, и небо стало розово-голубым.