Вяземская Голгофа

Возле подъезда толклись таксисты, сновала праздная, вычурно одетая публика. Тимофей явился рано, когда рабочий день в торговых и государственных учреждениях ещё не подошел к концу. Перед тем как отправиться в полк, Генка пожелал устроить прощальный ужин, пошиковать. Тимофей надеялся занять хороший столик, и ему это удалось. Гуттаперчевый официант усадил его за возле окна, недалеко от эстрады, подал меню, изогнулся, угодливо выжидая.

– Могу предложить коктейли, – ворковал он, поглядывая на тимофеевы ордена.

– Что? – рассеянно спросил Ильин.

– Сливки с ликером «Мараскин», ликер «Шартрез», «Какао-шуа», «Масседуан из фруктов», коктейли: «Кларет-коблер», «Черри-бренди-флипп», «Маяк», «Шампань», кизиловый пунш.

Тимофей поднял на него глаза.

– Я похож на девицу? – и, не дожидаясь ответа, добавил: – Неси коньяк и шашлыки. Ну и всякие соления.

– Шашлыки из баранины?

– А то из чего же? – Тимофей начинал злиться. – Шашлыки!!! Ты плохо слышишь меня?

Пожилая пара за соседним столиком воззрилась было на них, но грянул джаз-банд.

– У нас есть шашлык из курицы, свинины и баранины. Вы какой желаете? – официант переминался с ноги на ногу.

– Я желаю бараньего мяса и триста грамм коньяку. Понял?

– Так точно.

Официант удалился, а Тимофею сделалось совсем скучно. Он то подпевал джаз-банду, то вертел головой. Не подыскать ли себе даму на вечер? А может быть, всё-таки отправиться к Вере, ведь Костя уже укатил в свою часть? Странная жизнь у них: не вместе, не врозь.

Официант подал коньяк, склонился к столику, наполняя его бокал, проговорил тихо:

– Там у портье, вас какая-то девушка спрашивает.

– Что? – изумился Тимофей.

– По виду не гулящая. – Лицо официанта сохраняло равнодушно-постное выражение.

Только сейчас Тимофей увидел Ксению. Она стояла у входа в ресторанный зал все в той же белой кофточке и широкой темной юбке.

– Да, я знаю эту девушку, – пробормотал Тимофей. – Дорожка любви…

Официант ухмыльнулся и направился к Ксении.

* * *

Она села напротив. Официант поставил перед ней прибор, наполнил на треть коньячный бокал. Но она запротестовала и Тимофей заказал бутылку сидра. Помолчали. Тимофей первым нашел подходящие случаю слова.

– Ты прости, что грубо ответил последний раз. Был занят.