Служили Прометею. Премия им. Ф. М. Достоевского

Национальный подъём после наполеоновского изгнания способствовал активизации всей жизни Москвы. Контингент жителей Арбата – дворянство – возвращается на прежние места. Район быстро застраивается каменными домами. Это нововведение коснулось и нашей усадьбы. На чертежах и планах 1821 года, когда владение принадлежало гвардии корнетше Наталье Петровне Чихаевой, уже существовали два дома: жилой каменный (вместо деревянного), на «красной линии» переулка, другой – деревянный – вдоль северной межи участка. В документах этого года отмечалось, что количество земли во владении увеличилось до 330 кв.

Таким образом, жилой каменный дом, выходивший на «красную линию» переулка, заложен в начале XIX века.

Смежные владения в это время принадлежали: с юга – титулярному Советнику Алтееву; с запада – поручице Щепочкиной; с севера – князю А. А. Щербатову, известным тем, что в 1819 году он принимал активное участие в строительстве церкви Святого Николая Чудотворца, вложив немалые средства на строительство храма.

Посетители музея, входя в концертно-выставочный зал, даже не подозревают, что находятся на фундаменте и в стенах начала XIX века, то есть у истока усадьбы.

В 1850 году в усадьбе новый владелец – московский третьей гильдии купец Афанасий Фёдорович Демин.

План дома этого года свидетельствует, что главный жилой дом на «красной линии» переулка, каменный, одноэтажный, с антресолями в юго-западной части, к этому времени достраивается каменным крыльцом (на месте бывшего деревянного) в северной части строения.

Кроме того, во владении в то время имелись: вдоль границ участка – многочисленные деревянные службы, занятые погребами, сараями, конюшнями. Всё строение, за исключением главного жилого дома, владелец исправляет починкою и устраивает пограничные брандмауэры.

В 1852 году А. Ф. Демин получает разрешение надстроить на каменном одноэтажном строении, занятом сараем и погребом, деревянные жилые мезонины и таковые же двухэтажные крыльца (в восточной и западной частях).

В 1869 году владение уже принадлежало московской мещанке Марии Фёдоровне Брюшковой. Планы домовладения, датированные 1869-м и 1871-м годами, показывают, что основные строения его не изменялись.