В плену времени – 2. Повести

Сейчас, больше чем юноша, ее влекла незнакомая западная земля, отплытие в всегда призывно волнующееся море.

Она слушала рассказы Ясона о его многолюдной стране с большими городами и просторными пастбищами. Мореходы-тессалийцы готовились отплыть туда после Летнего Праздника, чтобы уже через полмесяца быть дома.

Медея села на склоне горы и долго смотрела на простор вечереющего неба и моря. Переливающиеся волны отражали яркий теплый закат. Слева, над самой линией горизонта, солнце рассылало острые стрелы своих золотых лучей – красным багрянцем они зажигали облака и отражались в темнеющих волнах, с глухим шумом набегающих на берег.

С высокого берега вспорхнула небольшая серая птица. Медея проводила птицу взглядом, и ее глаза блеснули золотым пламенем. Одним прыжком она вскочила на ноги и легко понеслась по склону горы вниз – там, среди деревьев виднелось небольшое селение. С разбега влетела в хижину, воскликнула:

– Завтра чужеземцы отплывают! Я уплыву вместе с ними!

– С кем? С высоким, долговязым? – ворчливо спросила Анхи, помешивая варево на огне.

– Да!

Бабушка, через руки которой прошли десятки своих и чужих детей, не стала удивляться. Она сама в молодости последовала за своей любовью в соседнее южное племя, жила там, а после смерти мужа даже побывала в Хаттусе, столице хеттского царства. Потом вернулась домой – давным-давно это было. Она лишь проворчала:

– Что уж так? Мало мужчин у нас, чтобы плыть за ними в дальние края?

– Я хочу увидеть дальние земли! Я спросила Богиню, и она одобрила меня!

– Уплыть легко – море и на край света затянет – как потом вернешься…

Встав на цыпочки, выгнув грудь, Медея с силой потянулась.

Несмотря на юность, ее на редкость мощная женская стать и сильное лицо с ясными золотистыми глазами всем бросались в глаза, словно огонь в ночи. Вдруг Медея порывисто опустилась на овечью шкуру и, обхватив колени руками, стала глядеть в огонь очага; в его горячем свете лицо у нее – задорное и задумчивое. Бабушка продолжала ворчать:

– Лучше бы этот чужеземец остался у нас. Скажи ему: пусть остается.

– Я не спрашивала его об этом, – думая о другом, отвечала Медея.

Старая женщина неодобрительно покачала головой в такт своим мыслям.

– Эти пришельцы из-за моря не уважают женщин, у них свои боги – мужские боги Разрушения. В роду у них верховодят мужчины, и жить среди них тяжело. Ты совсем забудешь нас, затеряешься на чужбине.