Пятнадцатое воплощение. Исторический роман

Пошел дальше и вскоре за ближними деревьями на лесной опушке стали видны шатры военного стана. Возле тропы стоял дозорный, он предостерегающе свистнул и натянул лук. Рамалли окликнул его, подходя. Теперь он вновь был среди своих.

Утром отряд снялся с места и направился в сторону Красного Холма. Рамалли находился в одном из передовых отрядов пеших воинов. По обе стороны дороги стенами зеленели высокие кусты и травы. Внезапно из засады выскочили вражеские воины и набросились на небольшой отряд. Не давая окружить себя, воины отбивались.

Пыл нападавших вдруг ослаб, и они вновь скрылись в зарослях.

Воины смогли перевести дыхание, а затем, неся с собой раненых, вновь поспешили на соединение с основным войском. Выйдя на большую дорогу, быстро двигались по ней и после полудня были уже вблизи Красного Холма.

Навстречу им по небу стремительно надвигались черно-синие, погромыхивающие тучи, и вскоре они обрушили на землю бурный ливень со слепящими молниями и грозными раскатами грома.

Ливень мутными потоками воды соединил небо и землю.

Первая после летней жары гроза громовым шумом и сверканьем молний возвещала, что на смену палящей летней жаре пришел сезон дождей.

Хлынувший дождь радовал воинов, как знак окончания похода. Они укрылись под высокими и раскидистыми кадамбами. Откликаясь на хлынувшую с неба влагу, кадамбы вдруг расцвели – все разом ощетинились пушистыми, оранжевыми шариками цветов.

Дождь еще не кончился, а воины уже зашагали дальше. Шли, положив копья на плечи, или опираясь на них, скользя босыми ногами по мокрой земле, с разливающимися всюду потоками и лужами.

В зеркалах воды отразилась быстро светлеющая небесная бирюза.

Вскоре отряд присоединился к войску раджи. Утром Рамалли вновь вошел в состав отряда Алишпура. Нашелся и его конь, после боя прибежавший к своим. Рамалли звал своего гнедого коня Пратамукута – Увенчанный Блеском.

Дакшипатха завяз в войне, как оса в меду, или как осел в болоте; терпел поражение за поражением. Ньяса – его дядя – начал подговаривать военачальников отстранить его племянника от власти, но Дакшипатха сам вдруг умер, проболев три дня острой лихорадкой.

На общем военном совете военачальники решили немедленно прекратить бесполезную войну с Видохьей. Ньяса, временно ставший во главе войска, не стал возражать. Он был обескуражен внезапной смертью своего племянника. Взяв тело Дакшипатхи, он поспешил домой впереди всех, чтобы устроить похороны.

Весть о мире сразу разнеслась среди воинов.