Пятнадцатое воплощение. Исторический роман

Это возымело действие на Рамалли, и, спрыгнув с коня, он остановился, но Рагхубир без промедления ударил ближнего старика рукоятью плети по голове и велел воинам разогнать толпу плетями и ударами тупых концов копий.

Вместе с другими воинами Рагхубир немедля вбежал по двум ступенькам в храмик. Оттуда выскочили юноша и девочка: держа в охапку, прижимая к груди священные предметы, принадлежащие Богу, они бросились бежать по улице. Следом за ними появились воины, нагруженные тяжелыми корзинами. Рагхубир торжествующе крикнул воинам:

– Я так и знал, что эти дурни спрячут часть урожая под защиту Бога!

Но затем его лицо со сведенными бровями, с шрамом, извивающимся по щеке и лбу, вновь стало хмурым.

Младшие воины и слуги потащили корзины к повозке, а Рагхубир сел на своего огненно-рыжего, горячего коня – с белыми ногами, с ослепительными сполохами света в глазах.

– Ты, что стоял здесь без дела? Жалеешь крестьян? Я всё скажу в отчете Алишпуру! – пригрозил он и поехал по улице.

Сбор недоимок продолжался. Сельчане могли только бессильно наблюдать, как воины шарятся везде и тащат всё, что под руку попадается.

Наконец, воины кончили грузить повозки всяким добром и поехали прочь из села. В конце всех Рамалли вел своего коня в поводу. Приятель Марури подождал его и с высоты своего белого коня указал на раненого старика и крестьян вокруг него.

– Они не соблюдают то, для чего рождены! Значит, должны быть наказаны! Почему ты не хочешь наказывать их? – с любопытством спросил он.

Рамалли не знал, как выразить владевшую им жалость и чувство несправедливости, что у бедных людей отнимают их последнее добро, и потому он молча сел на коня и направил его вслед за всеми. Поравнявшись с ним, Марури весело продолжал говорить:

– Мы защищаем крестьян и их поля, благодаря нам на их земле – покой и порядок, они трудятся без опаски, не опасаясь никаких разбойников и потому обязаны отдавать часть урожая радже.

– Смотря какую часть. У крестьян почти ничего нет, нынче – неурожай.

– Правитель велел, значит, пусть отдают. Правитель лучше нас знает, есть урожай или нет его! – весело сказал Марури.

Рамалли взглянул на него, удивленный, что Марури говорит убежденно и всерьёз, а не в шутку, хотя по своему обыкновению с веселым видом.