Дитя Севера

И что бы потом со мной ни случалось, а были и очень горькие моменты, я всегда всё-таки ощущала себя счастливой, родом из счастливого детства, прирождённо-счастливой – и не завистливой, не ущербной. Ведь зависть рождается и чувствуется особенно остро в детстве.

Поэтому и сейчас я, пользуясь компьютерной терминологией, всё мрачное, тяжёлое, больное и тягостное выбрасываю в корзину. Я знаю, что оно там есть, но не хочу держать перед глазами, не хочу смаковать его, не хочу вспоминать о нём. Поэтому я никогда не напишу о самых горьких моих переживаниях.

Поэтому в не всегда благополучной жизни я ищу и нахожу «изюмины».

Поэтому я никогда не ставила своим ученикам двойки. Я просто убеждала их, что можно сделать работу лучше и пробовала научить. Иногда получалось очень удачно.

Сама я не очень уж трудолюбива и рукодельница, даже напротив – скорее лежебока и книгочея, но хоть как-то гармонизировать жизнь вокруг себя – мне приятно. Вот только бы сил побольше!

И всё это – от Маминых драпировок! Спасибо ей!

Тепло на Севере

Папа, будучи депутатом Верховного Совета, довольно часто летал в Москву и привозил оттуда два больших чемодана гостинцев.

Там были черная и красная икра в круглых банках, «Мишки косолапые», «Трюфели», мандарины и обязательно Маме подарочная коробка «Огни Москвы». Совсем недавно я узнала, что это была «Шанель номер пять» в советском варианте. У Мамы всегда были красивые платья, и все они, и шуба, и платки несли этот тёплый женственный запах. Когда недавно я, наконец, узнала запах «Шанели», я сразу же воскликнула: «Так это же мамины духи!»

Мама с Папой уединялись в их спальне и долго не спали, шептались, видно, Папа рассказывал Маме, что там было – на сессиях.

Потому что ясно было, что у них есть какая-то тайна. Утром они долго спали, и Мама выходила счастливая.

Накануне она напекала много пирогов и плюшек, так что аромат их вперемешку с мандаринами – был ароматом счастья.

Депутатов, по-видимому, в Москве развлекали, и Папа привозил иллюстрированные программки Театра оперетты с фотографиями Татьяны Шмыги и сценами из оперетт.

Я их очень любила разглядывать.

К Новому году привозили большую ёлку, Папа устанавливал её, и все наряжали, навешивали обязательно, кроме игрушек, ещё и орехи и конфеты, яблочки и мандарины. Накрывали праздничный стол. И даже нам, детям, наливали немного шампанского.

Всегда хотелось досидеть до 12 часов, но это казалось так долго, что мы засыпали, но всегда просили, чтобы нас разбудили.