Балтийский треугольник

В левом углу большой ящик с углём. Вдоль стены тянулся ещё один металлический стол, на котором разложены были, кувалды, молотки поменьше, разнообразные клещи, зубила и множество ещё каких-то инструментов, предназначение которых Наташе было неизвестно. В правом углу покоилось нечто прикрытое брезентом – что именно непонятно, потому как оно было укрыто брезентом, – но куча образовалась внушительная. Надо же, действительно, кузня! Самая настоящая! Во всяком случае, так Наташа её себе и представляла.

– А почему здесь тихо, никого и печка не горит? – поинтересовалась она, впечатлённая увиденным.

– Печка называется горном, – снисходительно поправил её Иван. – Тихо и никого, потому что воскресенье. Это в будни здесь жизнь кипит, а суббота и воскресенье – выходные. Надо же когда-то отдыхать. Ковка, знаешь ли, – очень тяжёлый физический труд. Серёга, молотобоец мой, – ты б его видела: под два метра, косая сажень в плечах! – и то к концу недели выдыхается. Мне в этом смысле полегче – пудовой кувалдой махать не приходится, молотом поменьше работаю, – и всё равно выматываюсь страшно.

Наташа обратила внимание на несколько выстроившихся вдоль стены довольно длинных полуметровой высоты ажурных решёток, которые, по всей видимости, вскоре должны были стать единым целым. Украшавший их искусно изготовленный, застывший в металле цветочный орнамент состоял из сочетания розеток и причудливо закрученных стеблей. Вне всякого сомнения, такое мог изготовить только настоящий мастер своего дела.

– Что это? – спросила Наташа.

– Могильная ограда, – спокойно ответил Иван. – Не доделал ещё.

Наташу такой ответ изумил.

– Могильная? – переспросила она.

– Ну, да. Что тут такого? Люди хотят отдать дань памяти и уважения своим близким, покинувшим этот мир. Уж эти-то цветы, – он кивнул на будущую ограду, – точно никогда не завянут.

Хорошо сказано, отметила про себя Наташа.

– И потом, я же не только ограды делаю, – добавил Иван. – Каминные решётки, ворота, лестничные перила, балконные ограждения, да что угодно.

Вот уж с чем не поспоришь! – согласилась с ним Наташа, которая и сама имела к сотворению красоты, правда в совсем иной области, самое непосредственное отношение.

– А там что? – указав глазами в правый угол, полюбопытствовала Наташа.

Иван подошёл к заинтересовавшей её груде и откинул край брезента.