Второй кубанский поход и освобождение Северного Кавказа. Том 6

– А мы приняли вас за большевиков, – сказали они смеясь. – Видим, со стороны большевиков броневик катит…

– А флаг?

– Да разве его разберешь… Впрочем, вы тоже по нас пальнули!

«Верный» с трудом перебрался через мостик и выскочил на площадь в юго-западном углу Белой Глины. На площади стояла и пыхтела такая же железная коробка, как «Верный», немного только пониже. Из бойниц выглядывали пулеметы. Красный броневик!

– Зарядить бронебойными! Вперед!

У меня вспыхнула мысль – сблизиться с красным броневиком вплотную и, пользуясь преимуществом в высоте, прыгнуть в него; если же это не удастся, то просто бросить в красную коробку ручную гранату.

К нашему удивлению, команда красного автомобиля не приняла боя. Видя приближение «Верного», большевики выпустили очередь, выскочили из машины, перепрыгнули через плетень и скрылись в кукурузе.

«Черный Ворон» – прочли мы гордую надпись под красной звездой. Машина была в исправности, мотор еще работал, в пулеметах были продернуты ленты.

Пулеметчик Кобенин забрал «добычу» – сахар и ботинки, поручик Бочковский – запасные пулеметные части, а шофер Генрих – ключи и цепи, каждый по своей специальности… Зачеркнув мелом «Черный ворон», я надписал – «Партизан».

Вдруг из переулка неожиданно вылетел башенный бронеавтомобиль и полным ходом устремился на нас. Мы бросились к «Верному», но наша тревога была напрасна – это был «Корниловец», работавший со 2-й дивизией. Из машины вышел в замасленной и порванной гимнастерке капитан Гунько[129 - Гунько Игорь Дмитриевич.

Штабс-капитан. Участник похода Яссы—Дон. В Добровольческой армии; в июне 1918 г. командир бронеавтомобиля «Корниловец», затем бронеавтомобиля «Витязь», командир дивизиона бронеавтомобилей. Капитан. Убит 31 октября 1918 г. у с. Пелагиада Ставропольской губ.]. Вольноопределяющийся Кобенин торжественно преподнес ему ботинки…

Оставив «Корниловца» на площади, я вернулся к земской больнице, где нашел полковника Кутепова.

– Я вам приказывал не увлекаться, – набросился он на меня, – а вас только и видали! Полтора часа пропадали! Я беспокоился о вас, – добавил он уже мягче и, показывая на валявшиеся трупы красноармейцев, спросил: – Это работа «Верного»?

– Так точно.

Куда прикажете сдать?

– А, и пулемет есть! Отдайте стрелкам. А за лихую работу спасибо всей команде…

Солнце поднималось все выше. На северо-восточной окраине трещали пулеметы и над нашими головами рвались шрапнели.