Байт II. Блуждающие лабиринты Гиннунгагапа

Всеслав лениво жмурился на солнечные лучи, пробивающиеся сквозь листву старых лип.

– Боюсь, ничего не получится. «Мир» не материален. Иначе он не разделился бы на две части. В смысле, Та Суил не смогла бы отделиться. Хотя… Может быть я не прав, чего-то недопонимаю, и у него были другие резоны. Что мешает попробовать?

Вскоре к нам подошел высокий мужчина, лет сорока, в коричневом костюме с синим галстуком, плохо расчесанной шевелюрой и слегка помятым лицом. Посмотрел на нас, оглянулся вокруг, и не обнаружив никого, более достойного внимания, обратился:

– Это вы насчет работы звонили?

– Мы.

– Молоды вы слишком для работодателей, – засомневался он, присаживаясь на краешек лавочки.

Всеслав улыбнулся.

– Как-то сказал кто-то из великих: «Молодость – это недостаток, который быстро проходит». Вы же не возраст пришли обсуждать?

Иван насупился, нахохлился мокрым воробьем.

– Хорошо, я Вас слушаю. Внимательно.

Всеслав посмотрел на него оценивающе.

– О Вас, как о знающем специалисте, отзывалась одна наша общая знакомая. Вера. Вы ей карту под чужой аккаунт прошили.

– У меня таких знакомых… – осекся Иван, вскакивая. – Не знаю я никакой Веры!

Он развернулся, собираясь уходить.

– Постойте! Никаких претензий! Нам, точнее мне, нужна Ваша помощь, – быстро и проникновенно произнес Всеслав. – Я хорошо заплачу!

Иван обернулся.

– Я больше в эти игры не играю!

– Жрать хочешь, – значит, играешь! – неожиданно жестко, срываясь с лавочки рыкнул Всеслав, подскочил к нему, весь подобравшись, и зыркнул на Ивана так, что тот вобрал голову в воротник.

– Де-ень-ги, – мгновенно расслабившись, тоном искусителя, с придыханием протянул Всеслав. Я же, в свою очередь удивился перемене произошедшей с ним. Мне он казался простым и бесхитростным, даже скорее, – простоватым, и эта сторона его личности, мне оказалась неожиданно неприятна.

Было видно, как в Иване борются страх попасться снова, и жажда неплохо подзаработать. Мучительные гримасы лица говорили лучше слов.

– Черт! Сколько? И что надо сделать? Только одно условие – никакого криминала по госструктурам! – обессиленный внутренней борьбой затараторил он, падая задом на скамейку.