Принцесса Иляна

И тут его лицо изменилось. Он тоже улыбнулся, весело и открыто:

– Ты смелая. Я думал, ты сейчас сделаешь так… – Мальчишка пронзительно взвизгнул, а затем принялся прыгать на месте, тряся руками.

– Я никогда так не делаю, – серьёзно ответила Илона.

Весь остаток дня они играли в мальчишеские игры: секли палками камыш, представляя, что рубят врагов острыми мечами; скакали на «конях», которые были обычными палками; кидали камушки в реку, соревнуясь, кто дальше докинет, а чтобы состязание было честным, жених кидал неудобной ему левой рукой.

Под вечер, когда небо на западе уже начало розоветь, жених повёл свою невесту обратно, но теперь не шёл так быстро и время от времени оглядывался – не отстаёт ли та.

– Хочешь, я тебе кое-что подарю? – спросил он, в очередной раз обернувшись.

– А что это будет? – спросила Илона.

– Увидишь. Ну что? Хочешь, подарю?

– Хочу.

– Тогда подарю, когда придём.

Исполнению обещания помешал ужин. Хозяева и гости сидели за одним столом, обсуждая общее будущее, и мало обращали внимания на «детей», тоже сидевших за трапезой. Наверное, оставить их без внимания было бы лучше, но тут отец жениха улыбнулся с хитрецой и шутливо спросил:

– Ну что, сынок, нравится тебе Илона?

Двенадцатилетний жених набычился и ничего не ответил. Тогда его спросили снова, и тот снова промолчал, а на третий раз просто выскочил из-за стола, сердито громыхнув тарелкой, и убежал.

Взрослые лишь посмеялись, глядя ему вслед, а затем отец жениха спросил невесту:

– Ну а тебе, Илона, нравится мой сын?

– Да, – коротко ответила она, опустив глаза.

Уже после ужина, совсем поздно, когда весь замок готовился ко сну, жених постучал в её дверь. Открыла служанка – Йерне, в те годы ещё очень молодая, но уже грузная. Она хотела было сказать: «Господин, ты чего? Завтра приходи», – но Илона, махнув на неё рукой, подошла к двери.

– Вот, – произнёс жених, не переступая порог, и протянул на ладони бабочку-белянку. – Вот это я хотел тебе подарить.

Бабочка лежала в руке неподвижно, распластав крылья, потому что уснула, уснула навсегда, но выглядела, как живая. Усики не были обломаны, и крылья не потёрлись.

– Она была в моей комнате на окне, – пояснил жених. – Девчонкам такие нравятся, да?

– Да, – сказала Илона, подставляя свою ладонь и действительно любуясь бабочкой.