Мистики и сионисты

Согласно Олифанту, евреям была доверена миссия охранять священную тайну божественного женского начала. Этот секрет, который они считали внутренним смыслом еврейского закона сокрытого во Христе. Олифант вещал, что второе пришествие Христа не за горами, и на евреев возложена особая миссия потому, что иудейский закон содержит не только тайну Христа и его двуполой природы, но и метод построения мессианского общества, которое решит социальные и политические проблемы современной цивилизации. Задача реконструкции этого нового общества будет возложена на евреев в соответствии с указаниями, скрытыми в их законе, ибо только так может быть построен храм на Сионе.

За десятилетие до того, как Теодор Герцль официально организовал современное сионистское движение в 1890-х годах, Лоуренс Олифант в 1878 году энергично лоббировал переселение евреев на национальную родину в Палестину. « Altneuland» или «Обновленная земля» Герцля явилась гениальным пророчеством, описываюшим новое сообщество свободных людей, женщин, мужчин, евреев и неевреев.

Была ли физическая близость между Алисой Олифант и Нафтали Имбером?

Если и была, то это кажется невероятным, ведь Алиса, со дня своего замужества не знала физической любви. Ее психика была исковеркана сначала домашним воспитантем, а затем жизнью под властью сексуального маньяка. В сущности, вся запутанная и сомнительная доктрина Томаса Харриса, замешанная на религиозном культе, сводилась к роли женщин в викторианскую эпоху, идее первородного греха и андрогинной, двойственной, природе человека.

Думала ли Алиса о том, что Нафтали Имбер, еврейский менестрель, является ее андрогинной парой? Или это был невостребованный материнский инстинкт? Теперь об этом можно только догадываться.

История знакомств Нафтали и Алисы загадочна и окутана мистическим флёром. Алиса участвовала во всех проектах мужа, путешествовала с ним по еврейским местечкам, помогая жертвам погромов, и где-то в Буковине повстречала старуху, которая все твердила, что потеряла сыночка, гениального знатока иврита и Каббалы.

Когда Имбер увидел ее впервые в Константинополе, где ее муж тщетно добивался аудиенции турецкого султана, больше ни о чем не мог думать. Он был грязен и нищ, торговал вразнос, помогая лавочникам.