Чудеса начинаются!

«Я под защитой», – мелькнула радостная мысль, и он проснулся.

Было ощущение, что он уже где-то видел этого всадника. Но где?

Окончательно прогнал остатки дремы настырный звук будильника. Мысль о том, что мама в больнице, а это телефон, заставила вернуться в реальность. Сегодня последний экзамен. Сдать историю Россию не составит никакого труда. Сокурсники часто подшучивали: Сашку хоть ночью разбуди, и он скажет, на какой странице учебника про какое событие написано.

Совсем по иной причине ожил телефон в другой квартире.

Сонный голос недовольно ответил:

– Слушаю.

– Гуд монинг. Стоило мне уехать на полгода, и уже меня не узнаешь? – в трубке напористо прозвучал голос тренера. Родной голос.

– Олег Петрович! Вот это да! Как Вы?

– Вот теперь вижу, узнал, – сочно засмеялся тот, – у меня супер! Ты бы видел, на какой тачке я сейчас езжу. А в каком доме живу! Уж не чета моей прежней квартирке. Но речь сейчас не обо мне. Дело есть. Я хоть и за границей, но слежу за тобой. Держишься молодцом.

– Да я! Да я! – он мог был хоть сейчас бежать на соревнования и побеждать, побеждать. Свою готовность хотел доказать тренеру, но в трубке уже была тишина. Ведь Петрович даже не сомневался в том, что его подопечный сделает все для победы. Этот разговор заставил его вскочить и собираться на экзамен в самом бодром состоянии духа.

А еще одной студентке именно бодрости в это утро не хватало больше всего. Не помогла и третья чашка крепчайшего кофе. Кроме того, ей постоянно мерещился запах хлорамина. Преследовал еще с больницы. В ту ночь ее попросили заменить заболевшую санитарку и она, одевшись в защитный костюм и надев маску, отправилась в инфекционное отделение.

Пожилая санитарка – тетя Нюра – не скупилась и сыпала хлорамин от души, когда мыла пол. Она была уверена, что это средство лучше других убивает все вредное и помогает больным победить любые недуги.

Наверное, так и было, однако не со всеми. Одной больной ничто не помогало. Три дня от ее постели не отходили врачи.

Целый консилиум собрали. Медсестры один за другим брали анализы, делали уколы и ставили капельницы. А пациентке становилось все хуже и хуже. В последнюю ночь больная стала бредить. Лоб покрылся испариной, рука бессильно свешивалась с кровати. Она часто звала Сашу.