Жернова судьбы

Карты в твоём распоряжении.

Лишь один поцелуй был – на прощание. Такой долгий и терпкий, что перехватило дыхание. Влюблённые решили больше не видеться и не переписываться, это становилось опасным. Когда всё будет готово для побега, тогда возобновят общение.

– Только вот что я скажу, Пульхерия Ивановна, душенька моя! – внезапно сорвалось с языка у Ивана. – Если, не дай Бог, что со мной случится, если вдруг побег наш сорвётся, не говорите ничего! Не говорите! Пусть наш ребёнок вырастет свободным! – такая неизбывная тоска прозвучала в его голосе, что Пульхерия, ощутив приступ непонятного страха, сразу согласилась.

Но парню этого показалось мало, он опустился на колено, положил одну руку Пульхерии себе на голову, а вторую – на её живот и сказал:

– Поклянитесь моей жизнью и жизнью нашего младенчика, что сделаете так, как я говорю! Я вас знаю, вы девица бойкая, но я велю вам беречь себя ради будущего сына… или дочери. Клянитесь!

Ей ничего не оставалось, как поклясться, лишь тогда Ванька отпустил её.

План у парня созрел такой: Пульхерия должна была уехать к опекунам на две недели, но обратно она засобирается на три дня раньше, притворится, что соскучилась по мужу.

Это будет суббота. В пятницу накануне Иван отпросится у барыни в деревню помочь Арине Тимофеевне по хозяйству. Парень был уверен, что препятствовать хозяйка не будет: доходно-расходные книги были проверены и перепроверены, нареканий от Парфёна Пантелеймоновича у него не было, да и об отпуске он попросил чуть не в первый раз. «Скажу, что поеду верхом на лошадке, а барыня возразит, что мне уже не по положению скакать, велит взять бричку или коляску», – думал он.

Доехав до почтовой станции в Степанщине, Пульхерия должна притвориться, что ей плохо, и остаться там, а Палаша и кучер вернутся в Бронницы за лекарем. Тем временем Ванька приедет и, отрапортовавшись дворовым Зарецких, заберёт свою любимую и они помчатся в… Симбирск. Очень уж понравилось ему и название города, и расположение его; Пульхерия не возражала, полностью положившись на любимого: ей было всё равно, куда отправиться, главное – с ним.

Покуда коляска с лекарем приедет в Степанщину, покуда выяснится, что барыня уже уехала и доктора надо возвращать в Бронницы, покуда Палаша и кучер наконец появятся в именье и всё окончательно станет явным, пройдёт довольно времени, и Ванька очень надеялся, что хотя бы полсуток у них будет форы.

– Ну, а там как Бог даст, – думал он в ночь накануне пятницы, в который раз обдумывая план.