Инженер. «Крылья» для цесаревича

И еще у вас есть друг, младший партнер по бизнесу, курирующий вопросы технического развития. Вы его искренне уважаете и доверяете ему всецело. Но что будет, если этот друг в один прекрасный момент вам скажет – знаешь, а отдай-ка ты мне в подчинение вон тот пресс-отдельчик, ну и службу безопасности до кучи! В единоличное. Мне так удобней будет.

Думаю, что как минимум ваше доверие сильно пошатнется. Дружба – это, конечно, здорово, но есть же святые вещи! Даже если друг просто начнет лезть с непрошенными советами в эту область, все равно нехорошо.

Поэтому, хоть мне и было интересно, я старался без повода в дела Гошиных новообразованных подразделений не соваться. И каково же было мое удивление, когда Гоша как-то раз сказал:

– Про то, что инициатива наказуема, ты наверняка слышал. Понимаю, что у тебя и так дел по маковку, но ведь с планами создания информбюро и СБ выступал именно ты. У меня тоже со временем напряженно, но, главное, ты по складу характера больше подходишь для руководства этими структурами.

Возьми их себе, а? Как тебе это компенсировать, сам реши.

– Уже решил. Значит, ты свою благодарность пишешь красивым почерком на листе хорошей бумаги, потом сворачиваешь этот лист в трубочку и… Может, сначала что-нибудь одно?

– Скажите, а двести рублей не смогут спасти гиганта мысли? – поинтересовался Гоша. – Я считаю, что торг здесь неуместен! Короче, забирай оба, а не то дам «парабеллум». Дальше цитировать или хватит?

Гоша помолчал и добавил:

– Не считай меня совсем уж наивным простаком, все я понимаю.

Но ты действительно справишься с этим лучше меня. А если вдруг… – он замялся. – Ну, значит, и поделом мне. Вот так.

И вот я принимаю свеженазначенного руководителя информбюро. Бывшего студента, бывшего репортера и несостоявшегося агента охранки – Гоша перехватил его в последний момент.

– Проходите, садитесь, Константин Аркадьевич.

– Можно без отчества, вы ведь старше меня и по возрасту, и по положению.

– Хорошо. Значит, такое дело. После демонстрационных полетов… – я вкратце пересказал ему свою мысль о статье про авиаодежду и про дальнейшее.

– Уточните, пожалуйста. Цель – навредить Победоносцеву?

– В идеале – чтоб Маша могла ходить и летать в чем ей удобнее, не вызывая никаких эмоций у общества и властей, кроме разве что восторженных. Если идеал недостижим, то хотя бы приблизиться к нему. Сам по себе Победоносцев меня не интересует.