Исток зла

– Гильз нету?

– Нет. Думаю, винтовка с мешком. Получается, еще прицел был, и неслабый прицел. Для такой-то дальности. И глушитель.

Гильзоулавливатель, прицел и глушитель. В строевые команды такое оружие не выдают. А гильзоулавливатель вообще в армии почти не применяется, Велехов за все время службы не получал оружие с гильзоулавливателем. Нет их ни на снабжении армии, ни на снабжении казаков. А тут, похоже, был.

– Петр Михеевич! – заорал откуда-то издали, даже голос был приглушен расстоянием, Чебак.

Двое казаков поспешили к нему.

– Ты куда зараз рванул, сукин кот? – спросил Велехов. – Сказано было: на удаление прямой видимости. Мабуть с головой распрощаться хочешь.

– Смотрите.

Соболь присел, щупая почву. Потом острый глаз его заметил что-то непонятное, необычное – его рука мгновенно метнулась в том направлении, он поднял несколько листьев, поднес к глазам, потом попробовал языком.

– У них трехсотый, – озвучил он, – как минимум.

Трое казаков, не сговариваясь, посмотрели в темный, мрачный, поросший кое-где сломанным кустарником лес.

– Сходим? – с надеждой предложил Чебак.

– Совсем с головой не дружишь? – вызверился сотник. – Я зараз схожу. Это тебе не к сербам бегать. Да... пулемет им отдай. Их доля. Честная...

18 июня 2002 года

Тегеран

Есть одна очень хорошая поговорка. «Самое первое чувство – самое верное и искреннее, и поэтому его следует всегда оставлять при себе». Увы, но не всегда так получается.

Сегодня я уже ругал себя за то, что сказал вчера.

Это были слова, достойные салонной истерички, но не русского офицера, имеющего особое задание, и не посла великого государства. В разведке нет понятия «отбросы», в разведке есть понятие «годный к вербовке материал» и «материал, не представляющий оперативного интереса». И на то, что от материала воняет за километр, настоящий разведчик не обратит внимания. Даже обрадуется – такими «отбросами» проще управлять.

И всё-таки видеть наследника больше не хотелось.

..

Наверное, сейчас кто-то обвинит меня в лицемерии и лживости. Напомнит Бейрут. Напомнит и Белфаст – тоже есть что напомнить. Вряд ли кто-то знает про это – и про то, и про другое, но допустим, что напомнит. И будет не прав.

Разница между этим всем есть. Она в том, что всё, делавшееся в Бейруте и Белфасте, было вынужденной необходимостью. Именно вынужденной, и каждый, кто этим занимался, понимал это. Здесь же – это не вынужденная необходимость.