Госпиталь брошенных детей

Раньше я никогда не встречалась с настоящим врачом, но подумала, что будет невежливо говорить об этом.

– Меня зовут Бесс, – сказала я.

– Вы являетесь матерью одного из здешних детей?

– Откуда вы знаете?

– Вы пришли без ребенка, и вы здесь не работаете. Сегодня вечер вторника, никто не взял ваш плащ… так что считайте это осведомленной догадкой.

Я улыбнулась.

– Последний раз я побывала здесь в воскресенье, сэр.

– Разрешите предложить вам немного выпить. Сядьте и расскажите, какого ребенка вы собираетесь забрать.

У вас есть регистрационный номер?

– Я помню его. – Мой язык прилипал к нёбу, и только теперь я поняла, как мне хочется пить. – Я принесла ее сюда шесть лет назад, когда ей был один день от роду, а на следующий день ее забрал кто-то, представившийся моим именем. Я знаю, что это звучит безумно, но я не лгу. И я не сошла с ума, – твердо добавила я, слишком поздно осознав, что это тоже можно было рассматривать как признак безумия. – Я хочу выяснить, к кому она могла попасть.

Голубые глаза доктора могли показаться холодными у некоторых людей, но только не у него.

Он прищурился, как это сделала Марджери, но без враждебности и недоверия. Он как будто пытался надлежащим образом оценить меня.

– Бренди подойдет?

Прежде чем я успела ответить, он подошел к низкому буфету перед очагом и достал графин и два бокала. Поставив их на стол, он налил в оба на дюйм золотисто-коричневой жидкости и протянул мне один. Я понюхала: запах был густым, мощным и пряным. Это был мужской напиток, но не для таких мужчин, которых я знала, – это был напиток для врачей, юристов и капитанов.

Для таких мужчин, как Дэниэл. Какое-то время я смотрела на бокал, словно ожидая найти разгадку. Потом проглотила жидкость, которая обожгла мне горло и моментально согрела пустой желудок. Мои глаза заслезились, и я заморгала.

– Полагаю, вы уже рассказывали кому-то здесь то, что сейчас рассказали мне? – спросил доктор Мид.

Я кивнула.

– Мистеру Симмонсу, сэр. Он сказал, что я ошиблась.

– И он попросил вас уйти?

Я кивнула.

Последовала задумчивая пауза.

– А отец ребенка? – спросил доктор Мид. – Он мог?

– Он умер.

– Вы точно знаете об этом?

– Да.

– Вы не были супругами. – В его голосе не было и тени осуждения.

– Нет. Он умер до того, как она родилась.

– У вас есть семья? Мог кто-то из родственников забрать ее?

– Только брат и отец, и никто из них не забирал ее. Моя мать умерла.

– Старшие родственники?

Я пожала плечами.