Героями не рождаются

Магу-аристократу и рубаке из дремучего средневековья придётся сложновато в социалистической стране, пусть она и существенно отличается от той, что была развалена в родном для меня мире. Нужно найти баланс. Сохранить в себе качества, что могут пригодиться в любом случае, и отбросить то, что помешает вписаться в новые реалии. Ну, или хотя бы, отложить до более подходящих времён. Да, вопрос с тем же доверием очень сложен, но ведь есть люди, которые его заслуживают. Так почему бы не начать с малого?

Я стоял перед дверью в агаринскую квартиру и беспощадно терзал звонок.

Пятничным вечером близнецы должны быть дома, раз уж я снова не застал их в парке, а их родители возвращаются обычно позже. Наконец, дверь открылась, и в проёме появился Тёмка, встав так, чтобы перегородить мне проход. За его плечом маячила Анька.

– Чего пришёл? – Безэмоционально, стараясь не смотреть на меня, спросил он.

– Сказать кое-что, – собравшись с духом, ответил я.

– Ну, говори, – отлично, сразу меня не послали.

– Я – идиот, – признал я, стоя перед своими лучшими и единственными в этом мире настоящими друзьями.

 – Я много думал в последнее время…

– Тебе не кажется, что оба этих утверждения взаимоисключают друг друга? – Съязвила Анька, буквально навалившись на Артёма сзади.

– Не мешай, – буркнул он, дёрнув плечом. – Так что ты там надумал?

На языке вертелось множество отговорок и фальшивых обещаний, но врать, ни им, ни себе я не собирался. Больше всего мне хотелось просто искренне выразить свои чувства, но я никогда не был в этом хорош.

В общем, попытавшись унять неожиданно сковавшее меня волнение и собравшись с мыслями, я выдал следующее:

– Признаю, я зря секретничал и пытался со всем разобраться самостоятельно. Хотя не уверен, что, если бы эта ситуация повторилась, я поступил бы иначе. Просто потому, что я такой, какой есть. Но… если вы готовы помочь мне измениться… я буду открыт для этих перемен.

Сказал, как сумел. Остаётся надеяться, они хоть что-то разобрали в моём сумбурном и косноязычном ропоте.

– Э-э… – после длительного молчания, ожила, наконец, Анька и громким шёпотом обратилась к брату, – Тём, что он имел ввиду? Ничего не поняла.

Ну, или нет…

– Кажется, он так попросил прощения и сказал, что больше не будет, – неуверенно предположил Артём, после чего спросил у меня: – Или я что-то напутал?

– В общих чертах всё верно, – вздохнул я. – Если вы не против, я готов пойти рядом с вами. Не спереди и не сзади – вровень. Вот.