Авантюра «Крым»

Посмотрел на стоявшего перед ним пленного матроса в рваной тельняшке и бескозырке, на ленте которой читалось «Самсон». Бурый, что всегда был при Столере, наполнил ему чарку. Столер проглотил кусочек сала.

– Ну, морячок, сразу начнем с правды или поиграем в кошки – мышки?

Морячок пожал плечиками. Он был высок, крепко сложен, и вытянутое загорелое лицо внушало уверенность и храбрость. Видимо за плечами этого гиганта была бурная жизнь.

– Не пойму, о чем Вы, благородие?

Столер усмехнулся:

– Я тебе не блогородие, Самсон.

– И я не Самсон.

Столер закурил.

– Словоблудишь, сученыш?

– Как можно, барин?

– Я атаман Столер и не барин, все кто со мной – мне братья, кто не со мной – трупаки или кандидаты в них. Кем ты хочешь быть?

Матрос снял бескозырку, вытер пот со лба.

– Как я понимаю, я уже кандидат в трупаки?

– Не дурак, тогда говори, да правду.

– Ты бы атаман сам спросил, что хочешь, спроси прямо, а то опять что не то расскажу.

Столер опять выпил, закусил.

– Куда путь держали?

– Дела у нас.

– Интересно, да как там тебя?

– Михайло.

– Дак мне Михайло дюже интересно, куда это пятеро крепких мужичков ночью пробираются с полной телегой оружия? Вы шо, красные? Може я не знаю, что творится в моих землях?

– Отпустил бы ты нас, атаман, мы в политику не суемся, вам ничего плохого не делали, да и интереса до вас нет.

– Хорошо говоришь. Уверенно, самое главное. А что, и оружие ваше вам отдать?

– Было бы здорово.

Столер рассмеялся.

– Да ты артист, оружие сейчас на вес золота, товар ходовой – а ты отдай! Нет, уж оно теперь наше. Ну если конечно, ты мне какое дело стоящее посулишь, може и сойдемся в интересе.

С улицы донесся душераздирающий вопль. Начало темнеть. Матрос занервничал, скрипнул зубами – ему был знаком этот голос. Столер сам налил две стопки.

– Ты зубами не скрипи, морячек, меня этим не проймешь, мне вообще по этой жизни все по член. Твоих пытают, двоих мы грохнули при нашей встрече в степи. Тебя грохнем, если не скажешь правду.

– Давай выпьем, тошно последнее время одному пить – нет достойных.

Михайло опрокинул чарку, даже не поморщился.

– Прикажи, чтоб ребят не трогали.

Закусывая, Столер улыбнулся.

Конечно, конечно, Михайло, но какой мой интерес?

Михайло кашлянул в кулак, не спрашивая, сел на табурет.