Жила Жизни

Ниточка оперативной работы привела его сейчас сюда, на эту заснеженную таежную трассу под Соликамск, Пермской области, к шикарному мотелю из дерева, похожего на сказочный царский теремок. В мотеле, без сомнения, имеется горячая ванная и коньячок, – Эх Якимов, Якимов, и это все за десять дней до нового года, никчемный ты человек – Якимов ! Из дурных рассуждений о себе его вывел бодрый голос Ерохина.

– Все без изменений, товарищ майор.

Якимов вновь закурил.

– Ладно, брось козырять, Андреем меня звать, Иванычем – по батюшке.

Ерохин усмехнулся.

– Да , я знаю из сводки, меня – Владимиром Владимировичем.

Якимов постарался пошутить.

– Как президента.

Ерохин тоже закурил, настраивая камеру наружного наблюдения на контрастность.

Точно, как Путина, только с фамилией не повезло.

И действительно Якимов только сейчас заметил, что Ерохин похож на нынешнего президента России.

– Мотель здесь давно ?

– Да, года три, может чуть больше, его приезжие прибалты построили.

Якимов задумчиво проговорил:

– Да, да, латыш Петерсон, если память мне не изменяет.

– Откуда ты его знаешь, ничего, что я – на ты ?

– Я этим делом занимаюсь почти год и знаю многое, а ты что не в курсе ?

Ерохин открыл термос, налил в одноразовые стаканчики горячий кофе.

– Так, в общих чертах не откажусь, если ты мне поведуешь детали. Времени, как я понял, у нас неограниченное количество. Все время ты был неразговорчив, если честно – с тобой можно умереть со скуки.

– А мне сказали, что дадут опытного оперативника, который в курсе этого дела.

– А мне сказали, что парню из Москвы нужен парень, который знает здешние места.

– Ты родом отсюда ?

– Можно сказать, что местный абориген, только несколько сотен верст в тайгу находится мой родной дом. Родился в глухой деревне среди леса, среди зэков и старателей с приисков, правда название моей деревни звучное – Медведьевка.

– Что, медведей много водится рядом?

Ерохин сделал глоток кофе.

– Может раньше и водились, но сейчас охотников там больше чем живности, ну что это мы все про меня, может о деле потрещим.

– Ну и сленг у тебя!

– Я же говорю, я – деревня.

– Не говори о себе, Володя, плохо, об этом скажут за тебя твои коллеги.

Ерохин поправил его.

– Согласен, только не коллеги, а друзья.

Якимов допил кофе, бросил стаканчик на дно фургона.

– Эту девку мы прозвали Росомаха, верней не мы, так она фигурирует во всех оперативных сводках.