Фея незабудок

Нельзя сказать, что последнего это занятие очень вдохновляло, скорее, он потворствовал Доминику. У Стюарта был безвольный подбородок, чем Доминик и пытался оправдать его страх перед прыжками через коня. Когда же отвертеться от ненавистного занятия не удавалось, Стюарт плюхался вниз, как куль с овсом, под дружный хохот класса. Еще он был отменным лодырем, но умел так искусно прикинуться тупым, что лень сходила ему с рук. В дополнение ко всем вышеперечисленным качествам, Стюарт искренне восхищался Домиником. Должно быть, это и стало причиной их дружбы.

Разумеется, выкрутасы Доминика не ускользнули от внимания воспитателя, но мистер Дэни относился к происходящему философски, считая, что дурь перекипит сама собой. Однако, когда на тыльной стороне узкой ладони Доминик нарисовал якорь, воспитатель понял, что шутки кончились. Мистер Дэни сухо отчитал его, завершив гневную тираду хлесткой фразой: «Стыдитесь, Доминик Ингрэм. Вы – сын джентльмена, и сочли возможным разукраситься татуировками, как последний беспризорник из портового кабака».

Мистер Дэни

Сконфуженный и поникший, Доминик ушел в смежную с дортуаром умывальную комнату. Он долго плескался в ледяной, пахнущей ржавчиной воде, раз за разом намыливал ладонь и даже пытался тереть ее мочалкой. Чернильный рисунок стал бледнее, но совсем пропадать не хотел. В расстройствах Доминик пропустил мимо ушей злорадные смешки «доброжелателей», заглядывавших в умывальную с таким воодушевлением, будто там представляет бродячий фокусник. Энди Мидлс, как сторонник куда более суровых мер воспитания, был разочарован и возмущен снисходительностью мистера Дэни, и услужливо посоветовал ему довести этот проступок до сведенья директора, но услышал в ответ:

– Не тебе меня учить, Мидлс!

Поборнику благонравия ничего не оставалось делать, как надуть губы и демонстративно уткнуться носом в учебник.

Вскоре Домиником овладела новая потрясающая идея: сбежать из приюта и наняться юнгой на корабль. Он рассказал о своих намереньях Стюарту, заранее зная, что в море от этого увальня и тюфяка будет больше вреда, чем пользы, но исчезнуть украдкой было бы не по-товарищески.

– Послушай, как же мы сбежим, ведь скоро проверочная по геометрии, – затосковал Стюарт, в котором неожиданно прорезалась жажда знаний.

– Пустяки, поплаваем с годок и вернемся, тогда и напишешь свою контрольную.

– А если Тихий Омут нас назад не пустит?

– Чудак ты, Стюарт Вэйли! О наших подвигах сообщат в «Морских ведомостях».