Фея незабудок

Доминик опасливо пристроился на краешек стула и стал сосредоточенно рассматривать точеную ножку орехового бюро, лишь бы как можно дольше не встречаться взглядом с глазами мистера Стилпула, глубокими, как омуты, холодными, как лед, и до того черными, что невозможно было разобрать, где зрачок, где радужка. Директор отложил в сторону книгу в потрепанном кожаном переплете, задумчиво посмотрел на своего ученика и после короткого молчания сказал:

– Доминик, мне нужно с тобой поговорить.

– Я слушаю, сэр.

Доминик испугался, не собирается ли директор расспрашивать его о чьем-нибудь поведении, и беспокойно заерзал на стуле.

– Я решил передать тебе одну вещь. Вообще-то, я собирался это сделать в день твоего шестнадцатилетия, но передумал. Чего ждать четыре года? Ты уже достаточно взрослый, чтобы понимать ее назначение и бережно с ней обращаться, – и он протянул Доминику карманные часы в серебряном корпусе.

Их выпуклую крышку украшал якорь, а на донышке была выгравирована надпись: «Мичману Ингрэму от друзей».

– Нажми на рычажок с боку, – сказал мистер Стилпул.

Крышка часов распахнулась, и Доминик увидел, что изнутри в нее вставлена поблекшая фотокарточка, на которой запечатлены трое молодых людей. Тот, что справа, с ямочками на щеках и открытой доброй улыбкой, был как две капли воды похож на Доминика. Заметив в глазах мальчика немой вопрос, директор утвердительно кивнул:

– Да, это – твой отец.

Верхняя губа Доминика предательски дрогнула.

Это была его заветная мечта – узнать хоть что-нибудь о родителях, и как только мистер Стилпул о ней догадался? Доминик любовно гладил почерневший от времени корпус, тихо приговаривая:

– Папа, папочка! Где же он, почему не приезжает? Наверное, в кругосветном плаванье… А может быть, потерпел кораблекрушение, живет на необитаемом острове и ждет, когда за ним придет корабль. Правда же, мистер Стилпул?

Директор промолчал в ответ. Он знал, что мичман Ингрэм десять лет назад умер от чахотки в больнице для бедных, но говорить об этом Мистер Стилпул не захотел, по крайней мере, здесь и сейчас.

Неслышно, как тень, обходя свои владения, мистер Стилпул не раз замечал узкоплечую, схваченную в форменный сюртук фигурку Доминика, одиноко чернеющую в бледно-сиреневом проеме окна, и, немного поколебавшись, решился-таки сделать ему сюрприз раньше срока.

– Спасибо вам, мистер Стилпул! – прошептал Доминик, прижимая часы к сердцу.