Проект Сократ

Сбегать без повода не рискнул бы, а так…

Руслан, хоть и старался сохранять спокойствие камня, но тоже уже не скрывал раздражения. На столе рядом с ним выстроилась шеренга пустых чашек, и впереди, как командир, одна полная, в которой отражался зеркальным блеском суровый эспрессо.

Посреди звенящей тишины хлопнули двери лифта вдалеке. Быстрые шаги дробью разлетелись по коридору. Стук в дверь, щелчок, голоса.

– А, Дарья Игоревна, уже заждались…

– Да-да, извините. Вам, правда, надо поговорить с охраной.

– С инструктажем у охраны все в порядке. Лучше перебдеть, как говорится. Слово-то какое, хм, почти матерное… Проходите, это здесь, – Гамаюн открыл дверь.

Руслан и Викентий встали. Совсем не из вежливости, а просто размять колени, коли появился повод. Солнце в этот час светить уже передумало, в кабинете повисла серая безвременная дымка. В нее из дверного проема и вплыла фигура в черном.

– Добрый день… Или вечер, – легкое подергивание правым плечом сопроводил очередной смешок. – Столько добиралась, что уже и не знаю, который час.

– Добрый день, – Викентий, сильно любопытствуя что же за клубничка приглянулась кому-то из начальства, подался вперед и был разочарован в первые же секунды. Что за вкус у этого мужчины? Или это какие-то травмы из детства толкают к таким женщинам?

Впрочем, ее сложно было назвать емким словом женщина. То ли юноша с пепельными волосами, зачесанными назад и туго стянутыми в хвост.

– Женщина-кошка? – переговорщик улыбнулся. Вышло почти мило, если бы не раздражение из-за долгого ожидания.

– Как вы уже поняли, это профессор Васнецова, специалист по античности, – представил Гамаюн. – Дарья, а это Руслан – командир вашей небольшой группы, в прошлом десантник и человек с большим опытом в военном деле.

Руслан не сдвинулся с места и скрестил руки на груди, отчего рукава пиджака затрещали на бицепсах.

– Очень приятно. – девушка, то и дело поправляя сползающий мотоциклетный шлем под мышкой, бодро подошла к нему и протянула руку.

Повисла пауза. Руслан нехотя перевел взгляд с «очень заинтересовавшей» его столешницы на раскрасневшееся лицо исторички.