Великий нефритовый путь

Это те самые представители китойской культуры, могильники которых, засыпанные охрой и кровавиком, обнаружили ещё до революции тысяча девятьсот семнадцатого года Овчинников и Витковский. А возраст этого, так сказать, тандема, – Миклушевский показал пальцем на экран, – почти в два раза больше?!

– Так точно, коллега Миклушевский.

– Но что из этого следует?

– Пока ясно, что мы имеем дело с огромным древним могильником. Ничего подобного в мире не обнаружено. По берегу Ангары и дальше на территории современного города в течение нескольких тысяч лет хоронили людей… Создается впечатление, что их специально привозили в эти места, чтобы предать земле.

Загадка на загадке – останки сохранились, хотя в земле они должны были, как вы правильно заметили, исчезнуть естественным способом.

– Вы глубоко погрузились в археологическую науку, – пошутил сосед Миклушевского. – Вам что, в девятнадцатом веке тесновато стало?

– Настоящий историк никогда не замыкается на одном сюжете.

Он смотрит в будущее, освоив горизонты прошлого. Когда я читал лекции в Польше, Монголии, Германии, меня…

– Сильно, – пробормотал собеседник, уже жалея, что ввязался в спор с Миклушевским.

– Герман Германович! – попросил слово академик Павлов.

– Добрый вечер, уважаемый Матвей Поликарпович.

– Благодарю за прекрасный вечер. Право, так интересно! Позвольте задать вопрос. Не было ли в захоронении изделий из нефрита?

– В этом конкретном нет. В других были, и в большом количестве – украшения, хозяйственный инвентарь.

Особо отметил бы тесла и ножи – прекрасная обработка.

– Да-да-да, спасибо. Если позволите, забегу к вам побеседовать, дабы не отвлекать высокое собрание.

– Всегда вам рады, Матвей Поликарпович, всегда рады.

Снова вскочил неугомонный Миклушевский:

– Хотел узнать ещё одну вещь. Вы сказали, что погребению более семи тысяч лет. А люди! Люди были похожи на современных?

– По имеющимся данным это, возможно, азиаты особой байкальской расы.

Их отличала физическая сила. Крепкие ребята, скажу я вам. Мы, конечно, исследовали череп. Глаза у приангарских жителей раскосые, лица округлые.

Схожесть с представителями монголоидной ветви налицо. Рост от ста сорока пяти до ста семидесяти сантиметров. А вот продолжительность жизни – лет тридцать… И вот ещё что. Демографическая ситуация, кажется, была не очень, я бы даже сказал, кризисная. Судя по всему, женщины рожали мало.